Всё обесценивается, пока не уходит вовсе.
Я слышала, что конец — это новое начало, просто мы этого еще не знаем. Я хотела бы в это верить.
Всё обесценивается, пока не уходит вовсе.
Я слышала, что конец — это новое начало, просто мы этого еще не знаем. Я хотела бы в это верить.
Ему припомнились известные слова одного безумного философа о переоценке ценностей. И в самом деле: в эту минуту ему гораздо важнее было перегнать Малыша, чем найти целое состояние. Он пришёл к заключению, что в игре самое важное — игра, а не выигрыш. Все силы его души, его ума, его мускулов были направлены только на то, чтобы победить этого человека, который за всю свою жизнь не прочёл ни единой книги и не мог бы отличить визга шарманки от оперной арии.
— Все статьи написал один и тот же репортёр – Ланс Вагнер. Он его [убийцу] практически обожествляет.
— Мне даже не нравится, когда сам бог играет в бога.
Я вообще не понимаю, как можно с кем-то порвать, разве что за какое-то страшное преступление. Сказать «все кончено» — это пошлость и ложь. Ничто не бывает кончено. Даже если совсем не вспоминаешь о человеке, он все равно живет в тебе. Если он что-то значил для тебя, то будет значить всегда.
В каждом из нас есть темная сторона. Некоторые из нас решили принять это, у некоторых не было выбора, остальные же предпочли борьбу. В конце концов, это также естественно, как и дышать. В какой-то момент каждый из нас сталкивается лицом к лицу с правдой — с самим собой.