Улыбка — понятие растяжимое...
Во французском сопротивлении считали за честь смотреть в лицо расстреливающему отряду нацистов, но самой высокой честью было улыбаться, когда они в тебя стреляют!
Улыбка — понятие растяжимое...
Во французском сопротивлении считали за честь смотреть в лицо расстреливающему отряду нацистов, но самой высокой честью было улыбаться, когда они в тебя стреляют!
Разгони облака, чтобы солнце светило,
Чтобы день начинался с улыбки.
Это главное наше счастья мерило,
Если нет у тебя половинки.
Боль — это боль, как ее не назови. Разве она становится слабее от того, что ты думаешь, что она нереальна?
От улыбки станет всем теплей -
И слону и даже маленькой улитке...
Так пускай повсюду на земле,
Будто лампочки, включаются улыбки!
— Ты никогда не улыбаешься.
— Я, я, я улыбаюсь, часто улыбаюсь. Да я одна сплошная улыбка [улыбается].
— Подожди, не-не-не, не так это, не улыбка, это лицо урода.
— Теперь мы вас убьем, синьор. А голову отвезем Идальго. Но у нас к вам маленькая просьба.
— Да, головы, которые мы доставляем Идальго, чаще всего, имеют выражение ужаса.
— И мы бы доставили удовольствие Идальго, если бы вы умирали с улыбкой.
— Катитесь-ка, вы!
— Нет, не так. Видели бы вы, какое у вас было безобразное лицо.
— Скажите… скажите… «пупсик»!
— Да! Правильно, невольно заулыбаешься, произнося слово «пупсик».