Не это ли есть жизнь — продолжать идти, несмотря ни на что?
Было страшно: впервые в жизни я была лишена своих слез. Я не знаю, что делаю. Даже высота меня больше не пугает.
Не это ли есть жизнь — продолжать идти, несмотря ни на что?
Было страшно: впервые в жизни я была лишена своих слез. Я не знаю, что делаю. Даже высота меня больше не пугает.
— Правда, люди хотят тебе помочь, я хочу тебе помочь.
— Знаешь, не нужно этого фальшивого панибратства хорошо. Господи, выслушай меня, я вижу всё только в чёрном цвете...
Теперь я понимаю, почему люди иногда хотят убить своих возлюбленных, съесть своих возлюбленных, вдохнуть прах умерших возлюбленных. Только так можно всецело овладеть человеком.
Я была личностью, которая облажалась по полной программе, но это была я. И теперь я чувствую, что становлюсь человеком, который делает правильные вещи, говорит правильные слова, но это не я.
Узнав истину, невозможно ее забыть. Нельзя добровольно вернуться во тьму или ослепнуть, однажды прозрев. Такие вещи необратимы. Мы единственные существа, способные рефлексировать. Единственные существа, у которых сомнения в своих силах прописаны в структуре ДНК. Вопреки возможностям, мы строим, мы покупаем, потребляем. Мы окружаем себя иллюзией материального благополучия. Мы предаем и обманываем, прогрызая свой пусть наверх, в стремлении приобрести высшую награду, превосходство над другими людьми. Нас разъедает болезнь. Как кислота, она подступает к горлу, оставляя после себя лишь горечь. Она поразила всех вас, сидячих за этим столом. Мы отрицаем ее существование, пока однажды тело не восстает против разума, извергая из себя крик: «Я очень не здоров!». Преступно закрывать глаза на правду, ибо лишь признав, что ты болен, можно надеяться на исцеление.