Говорят, что я поймал звезду и буду вслед идти ей,
Говорят, что сорвусь на непроходимых серпантинах.
Пусть говорят, ведь это, как стимул, что стал моим лейтмотивом,
Столько же необходимым, сколько неотвратимым.
Говорят, что я поймал звезду и буду вслед идти ей,
Говорят, что сорвусь на непроходимых серпантинах.
Пусть говорят, ведь это, как стимул, что стал моим лейтмотивом,
Столько же необходимым, сколько неотвратимым.
Бывшая, бывший, мы сами рушим,
А всего то надо верить тому, кто с тобой на фото!
Всегда будут такие, кто подливает масло,
Отсюда и огонь, что превращается в скандалы,
Слёзы, пролитые чужими слухами,
И люди ставят точку, таких не мало случаев.
Люди проживают в поместьях,
Прожигают наследство, доживают в подъезде.
И люди проживают вместе,
Но это последовательность машинальных действий...
– А говорят…
– Кто-то всегда что-то сплетничает, – сказала она скучающе. – И вот забавно: чем меньше у болтунов своих дел, тем больше их заботят чужие. Мой наставник говорил, что если про тебя не врут хотя бы раз в день, значит, ты уже умер, прожив бесполезную жизнь.
У нас теперь о чём угодно готовы говорить — о подорожании сахара, о конце света, о подорожании сахара в связи с концом света, о конце света в связи с подорожанием сахара…
Ни одна женщина, даже бейся она в трех истериках сразу, не устоит перед возможностью посплетничать.