Почему я не подсуетился,
чтоб уехать из этих лет?
Не по зову патриотизма.
Дорога цена на билет.
Почему я не подсуетился,
чтоб уехать из этих лет?
Не по зову патриотизма.
Дорога цена на билет.
Но знаете, -
Куда бы не вел меня компас мечтаний и памяти,
Какой красотой бы не были вылиты их паперти,
Не будет дороже церквей, и вы все понимаете,
В которых оставил устав, вместо тысячи стран.
То Родина, -
Где зелень полей разбавляет кустами смородину,
Где волк на дороге прощает и тихо уходит,
Где молятся белые люди и солнце восходит,
И мель на реке заменяет любой океан.
... столько лет сражаться за свой трон, за нашу свободу – и после этого они не дали покоя даже моим костям.
Даже если — как исключение -
вас растаптывает толпа,
в человеческом назначении
девяносто процентов добра.
Да уж, есть такое свойство у автомата Калашникова: возьмешь в руки — и слово «патриотизм» становится не просто словом, а очень даже весомым понятием, на все три с половиной кило, что приятно оттягивают руки, привычные к хорошему оружию.
Этот Полифем жить не может без патриотизма. Без ноги он жить может, а вот без патриотизма у него не получается.
Когда немецкие танки стояли под Москвой, Сталин вдруг выяснил: немногие готовы умирать за идеалы большевизма, зато все как один готовы защищать Родину. Патриотизм спас Россию; к сожалению, американский патриотизм подорван сапёрами культурной революции.
Без Родины, без любви к Родной Земле, человек не сможет найти себя, найти свою Душу.
Мы с тобою прячемся от Времени.
Здесь, у океана на краю,
кривоногий, лживый, как сирены,
неземную музыку пою.
Так пою, как никогда не пелось!
Век к концу торопится, заметь,
высказать все то, то не успелось.
Что другому веку не суметь.
Патриотизм — это поддержка своей страны, а не президента или других должностных лиц.