Мы с тобою прячемся от Времени.
Здесь, у океана на краю,
кривоногий, лживый, как сирены,
неземную музыку пою.
Так пою, как никогда не пелось!
Век к концу торопится, заметь,
высказать все то, то не успелось.
Что другому веку не суметь.
История — прямо
долговая яма.
Мне должен Наполеон,
Арбат, который был спален.
— Представим, что татарского ига нет,
тогда все сдвинется на 300 лет.
Я должен
мальчику 2000-го года
за газ и за воду
И погибшую северную рыбу.
(он говорит: «Спасибо!»).
Километры не разделяют,
а сближают, как провода,
непростительнее, когда
миллиметры нас раздирают!
— Черный ворон, черный вран,
Был ты вором иль не крал?
— Крал, крал.
Я белее был, чем снег,
Я украл ваш краткий век.
Сколько вас пошло травой,
Я один за всех живой.
— Черный ворон, черный вран,
Был ты вором иль ты врал?
— Врал, врал.
На суде, в раю или в аду
скажет он, когда придут истцы:
«Я любил двух женщин как одну.
хоть они совсем не близнецы».
Я друга жду. Ворота отворил,
зажег фонарь над скосами перил.
Я друга жду. Глухие времена.
Жизнь ожиданием озарена.
Сказал — приедет после девяти.
Судьба, обереги его в пути.
Спасибо, что в рощах осенних
ты встретилась, что-то спросила
и пса волокла за ошейник, а он упирался,
спасибо, я ожил, спасибо за осень,
что ты мне меня объяснила.
Может будет год нелегким?
Будет в нем погод нелетных?
Не грусти — не пропадем.
Образуется потом.
Cлайд с цитатой