Тихоокеанский рубеж (Pacific Rim)

Другие цитаты по теме

— Насколько это серьёзно? Почему Вы мне не рассказали?

— А что рассказывать? Ты же знаешь. Первую серию собрали кое-как всего за 14 месяцев. Тогда не было времени думать о защите от радиации. Я провёл больше десятка боев. Какое-то время врачи ничего не находили. Ну, а затем, меня отправили в Токио. Я закончил тот бой в одиночку, но три часа я подвергался облучению. Мне сказали, что если я ещё раз выйду на Егере, то живым не вернусь. Мы с тобой — единственные, кто смог биться в одиночку. Поэтому я тебя и нашёл.

— Военный хронометр. Сбрасывает отсчёт после каждой атаки Кайдзю. Это помогает сосредоточиться. Частота атак растёт.

— И когда следующая?

— Через неделю, если повезёт. Мои эксперты считают, что Кайдзю появятся раньше этого срока.

— Мы ударим по разлому, мистер Беккет. Повесим термоядерную боеголовку в 1,5 тонны на спину «Эврики». Мощность взрыва равна 1200000 тонн в тротиловом эквиваленте. А вы и два других Егеря обеспечите прикрытие.

— А я думал, мы сопротивление. Где Вы достали такую штуковину?

— Русские могут достать всё, что угодно.

— Райли, садись к нам.

— Нет, не стоит. Я пойду, возьму себе...

— Да, ладно тебе! За нашим столом полно места!

— Спасибо... Давненько я хлеба не видел.

— Это Гонконг, открытый город. Никаких талонов. Есть картофель, горох, печёная фасоль, мясной рулет. Передай картошку... Это мой сын, Чарли. Он теперь мой второй пилот.

— Скорее, ты второй пилот. Разве нет, папа?

— Хорошо...

— Так значит, ты тот самый парень? Новичок, который будет меня прикрывать на своем ржавом ведре?

— Типа того.

— И когда ты последний раз был в седле, Рей?

— Лет пять назад.

— Чем же ты занимался эти пять лет? Чем-то очень важным, наверное?

— На стройке работал.

— Oй, ну надо же! Как здорово! Очень «полезный» навык. Если попадём в переплет, ты нам построишь что-нибудь? Да, Рей?

— Я — Райли.

— Как скажешь. Слушай, тебя Пентекот нашёл, да и папаше ты моему по душе. Но программу «Егерь» закрыли из-за таких, как ты. По мне, ты — балласт. Будешь тормозить — сброшу, как мешок с дерьмом Кайдзю. До новых встреч, Райли.

— В чём дело? Они тебе не нравятся? Ты ведь лично их отбирала.

— Что, прости?

— Каждый раз в конце поединка у тебя вот такое личико, как будто тебя не радуют их результаты.

— Дело не в их результате, а в твоём. В твоей тактике. Ты мог бы уложить всех их на два приёма быстрее.

— Не подходите! Образцы Кайдзю крайне редки. Смотрите, но не трогайте, пожалуйста.

— Это наша исследовательская группа. Доктор Готлиб и доктор Гейслер.

— Да, ладно! Зови меня Гейс. Только мама называет меня доктором... Герман, это ведь живые люди! Может, поздороваешься?

— Я просил не называть меня по имени при посторонних! У меня за плечами десять лет революционных исследований!

— Ах, да. Само собой...

— Это что за штука?

— Кто? Этот вот вулкайзер? Я вижу, ты знаток.

— Мы с братом уложили его в 2017.

— Он был одним из самых крупных 3 категории. 2,5 тонн крутизны... или ужаса. Каждому своё.

— Простите его. Он фанат Кайдзю. Он их обожает.

— Заткнись, Герман! Я их не обожаю — я изучаю их. И я бы с удовольствием увидел живого Кайдзю вблизи. Хоть разок.

— Поверь мне, лучше не надо.

Кайдзю эволюционировали. Адаптировались. Стали сильнее. Мы теряем Егерей быстрее, чем успеваем их строить.

— Маршал! Отличная речь. Даже не знаю, как с вами теперь синхронизироваться.

— Я вхожу в Дрифт пустой. Без воспоминаний. Без страха. Без званий. А что до тебя... Здесь всё просто: ты эгоист с кучей комплексов. Эту не хитрую загадку я разгадал ещё в первый день. Но ты сын своего отца. Так что с Дрифтом проблем не будет. Меня это устроит.

— Я виноват, что он такой. Смышлёный парень, но с ним никогда не знаешь — надо обнять его или пинка отвесить.

— При всём уважении, сэр, второй вариант лучше.