— Надо найти сбежавших, пока они не пострадали.
— Пока ОНИ не пострадали?
— Да, мистер Ковальски. Они сейчас в незнакомой для них среде, окружённые миллионами самых злобных существ на планете — людьми.
— Слишком жестокий город. Не хочу здесь жить!
— Города не бывают жестокими. Только люди.
— Он как ангел. Незапятнанный. Такого чистого человека нигде не найдешь.
«Чистый и ангельский? Серьезно?»
Так же, как он не знал истинной сущности Нэдзуми, он понятия не имел о том, каков Сион внутри. Если снять верхний слой, во что превратится этот чистый ангел? Может, он окажется еще более ужасающим и жестоким, чем можно ожидать. Может, внутри Сиона был некий темный провал истины, которого даже Нэдзуми боялся.
Нет, вижу, должно быть жестоким, чтобы жить с людьми; они думают, что я средство для достижения их глупых целей!
Не ждите помощи от беспомощных, благодарности от неблагодарных, жалости от жестоких и милосердия от скупых эгоистов.
Жестокое обращение с животными есть только первый опыт для такого же обращения с людьми.
Выходило, что жестоким быть нужно; самые симпатичные люди жестоки по отношению к самим себе.
Неужели все люди либо жестоки до безумия и противоборства хладнокровия с алчностью, либо глубоко несчастны? Редкие люди хранят человечность, я таких пока не встречала. Все мы не без греха.
Мир сам по себе жесток. Он умело это скрывает, но стоит лишь приподнять завесу... И все в итоге оказываются одинаковыми. Этот мир, как и люди в нем, жесток. Остается лишь адаптироваться.
Cлайд с цитатой