Фигляры не те, кто на скользкой арене
Кружатся юлой на метле иль полене,
А те, кто, являясь на деле шутами,
Пытаются стать не иначе царями,
И в клоунов всех превращают вокруг…
Такой вот, увы, заколдованный круг.
Фигляры не те, кто на скользкой арене
Кружатся юлой на метле иль полене,
А те, кто, являясь на деле шутами,
Пытаются стать не иначе царями,
И в клоунов всех превращают вокруг…
Такой вот, увы, заколдованный круг.
Чем больше человек наполняет жизнь любовью, тем меньше он готов думать о войне, за исключением войны полов.
— Деньги текли рекой, публика была у нас в руках. Я был готов на всё ради него. Он мог стать великим артистом.
— Он совсем так не думал.
— Я знаю, что вы скажете... Он страдал... Но я тоже страдал. Думаете, легко всю жизнь смешить людей? Иногда мне так одиноко, что я хочу умереть. Я рыдаю навзрыд. И снова надеваю костюм клоуна, готовый выступать.
Можно стараться не замечать глупцов, но рано или поздно придется заглянуть в зеркало.
Если вас кто-то страстно любит, значит обязательно найдется тот, кто будет злобно ненавидеть.
Ложь, прежде чем навредить порядочному, сперва лжецу изрядно успеет нервишки пощипать.
Лев думал, что он царь зверей отважный,
Вальяжный, сильный, мужественный, важный,
Но вдруг намордник льву лихие псы надели
И лев теперь надолго – не при деле...
Если мы не вернемся к истокам нравственности, нам вновь придется погрузиться во тьму безумия, ненависти и войны.
С годами мудрый мудреет, глупый глупеет, жадный жаднеет, злобный звереет, добрый добреет.