Отпусти.
Отпусти мою душу, ей плохо с тобой.
Мне спасенье теперь только снится.
Любовь твоя пахнет полынью.
И в груди
Осыпается сердце горячей золой.
Ручейком между ребер струится,
Развеется пеплом и пылью.
Задавая вопросы, ты жаждешь ответа.
Перемены влекут состояние бреда.
Воздаяния страх и расплатой монета –
Решка или орел?
Белым лебедем, черный барон, не взлететь тебе, не мечтай.
То ли крылья подрезаны, то ли и вовсе не птица
Кто-то борется сам с собой,
С окружающим его миром,
Он не хочет сливаться с толпой.
Он так хочет стать самым сильным,
Чтоб его не терзала боль,
Не касались чужие проблемы.
Он так хочет верить в любовь,
Но не может понять в чем дело.
А на сердце моем кружева да шелк,
А на шелках… это блик?.. Нет, рваная рана!
Всю свою жизнь я стремилась, бежала на зов...
А это лишь эхо в дымке тумана.
Я мечтаю летать, но шагаю по пыльным дорогам,
Не привыкну никак, что отныне мой жребий решен...
Не смирюсь никогда. Я прибавлю гордыню к порокам!
Я найду избавление. Я вновь покорю небосклон!
Я верну себе пламенный танец сверкающих молний!
Не пристало хозяину неба скрываться в глуши...
Ветер, стой! Хватит рвать мою совесть! Я вольный!
Ведь чувства уходят в обнимку со словом,
И бить пяткой в грудь совершенно не надо.
И то, что ты скажешь естественным тоном,
Будет важней, чем глобальная фраза.
Мастер, ты бесу отдал свою память,
Запутался в масках, пытаясь их снять.
Мечту не нашел, лишь талант пропиваешь
И в пыль затоптал совесть прошлого дня.
Ты хочешь найти хоть кого-то, кто ценит
Вечность, которой не знает овца.
Но воздух не держит того, кто не верит,
Ведь надо поверить хотя бы в себя!
Где твое небо, Мастер?
Где твоя душа?
Из осколков новую сказку уже создать нельзя...
Веретено мира вращается между её колен, но сама она не вьёт нить — это делают её помощницы. Пряхи следят, чтобы участь человека была исполнена, предначертанное сбывалось, а звезда, к которой его душа привязана нитью, раньше времени не упала. Потому смертному ни о чём тревожиться не нужно. Просто жить честно, работать с радостью, а нить судьбы доверить тем, кто за неё отвечает.
– А вот если убегом уйдешь, тогда, значит, за свою жизнь сама и ответчица, – продолжала мать. – Тогда тебе и нужды нет: как там твоя родня, жива ли? Но и ей о тебе – тоже.
В этих ее словах Ведоме почудился намек, и она пристально взглянула матери в лицо. Кажется, та ответила на вопрос, который дочь еще не задала.
– И когда такие, как ты, сами не знают, кто они, – Гостислава сама взяла ее за обе руки и наклонилась ближе к лицу дочери, – может, им и лучше свою судьбу самим прясть. На новой росчисти сеять да потом не жаловаться.
Cлайд с цитатой