Камера никогда не будет конкурировать с кистью и палитрой. До тех пор, как фотография не будет принята в рай или ад.
Фотографирование торта может быть искусством.
Камера никогда не будет конкурировать с кистью и палитрой. До тех пор, как фотография не будет принята в рай или ад.
Я не фанат селфи, я не ношу с собой телефон. Я не люблю фотографировать и снимать себя, считаю, фотографирование себя высшей формой нарциссизма.
Когда ты учишься на пятёрки, твою фотографию вешают на доску почёта. И это сейчас сфотографировать можно миллион раз, обработать в фотошопе — и будет идеальная фотография. Когда учился я, фотографировали раз в год. Таким, какой ты есть. И вот с первого по пятый класс — ты красивый ребёнок. С одиннадцатого класса — ты красивый юноша. С шестого по десятый класс — ты угловатое чмо. Там появляется сутулость, первые прыщи, чуть виноватый взгляд. Там не было видно, что человек хорошо учится. Там было видно, что человек бегает по горам и говорит «моя прелесть»...
На одной [фотографии] был Волк. Парень, который умер в начале лета. Худой, с взъерошенными волосами, он смотрел исподлобья. В одной руке — незажженная сигарета, другая — на струнах гитары. Лицо серьезное, как будто он знает, что с ним случится, хотя на самом деле у каждого есть такая фотография, о которой в случае чего можно сказать: «Он знал», — просто потому, что человек не соизволил вовремя улыбнуться.
Что делает фотографию странным изобретением, — так это то, что первичным сырьем для нее служит свет и время.
— Надеюсь, это бекон, приготовленный человеком.
— Да, сам лично утром убил хрюшку.
— Интересно, чем же?
— Фоткой твоего лица.
Удовольствия – это все равно что фотографии. То, что мы воспринимаем в присутствии любимого существа, – это всего лишь негатив. Проявляем же мы его потом, у себя дома, когда обретаем внутреннюю темную комнату, куда для посторонних «вход воспрещен».