Может, этому мальчику суждено сгнить в тюрьме, кто знает. Я тоже должен был сдохнуть под забором. Но не сдох. Потому что один человек отнесся ко мне внимательнее, чем все остальные.
Евреев наполовину не бывает.
Может, этому мальчику суждено сгнить в тюрьме, кто знает. Я тоже должен был сдохнуть под забором. Но не сдох. Потому что один человек отнесся ко мне внимательнее, чем все остальные.
Гуманность в человеке есть результат воспоминания о страданиях, которые ему знакомы либо по собственному опыту, либо по опыту других людей.
Чувство гуманности оскорбляется, когда люди не уважают в других человеческого достоинства, и еще больше оскорбляется и страдает, когда человек в себе не уважает собственного достоинства.
Чего вы так на меня смотрите? У вас как-то по-другому? Все в обойме. Все. Только каждый в своей.
Если хочешь лететь, лети — путь свободен. Хочешь остаться — оставайся. Только решай это сам. Никто за тебя это не сделает.
Что же касается до гуманных чувств, то есть до того, чтобы никому не мешать и ни у кого не отнимать ничего, — так этот принцип даже у хищных животных видим: волки не бросаются друг на друга, чтобы отнять добычу, а предпочитают ее добывать сами, шакалы и гиены ходят целыми стаями, и кровопролитные войны между ними весьма необычны.
Вы посинели как удавленники от вашей ржачки. Вам хочется смеяться.
Вам смешно. Вы смеётесь везде, всегда, надо всем. Вы ещё в зал не вошли, а уже хари свои ржать приготовили. Вам смешно абсолютно всё: жизнь, смерть, цунами, землетрясение. А вы ржёте. Пол страны замёрзло, а вы ха-ха-ха, милиционера убили – ха-ха-ха, пять миллионов детей без призора – ха-ха-ха. А почему смеётесь, почему это ха-ха-ха? А потому что когда серьёзно – вам страшно!