Наши отношения развивались по традиционной колее: конфетно-букетный период мягко перешел в скамеечно-поцелуйный, и дворовые бабушки заговорили о скорой свадьбе.
Какое простое и короткое слово: «страх». А бороться с ним тяжело.
Наши отношения развивались по традиционной колее: конфетно-букетный период мягко перешел в скамеечно-поцелуйный, и дворовые бабушки заговорили о скорой свадьбе.
Я никогда не останавливаюсь на достигнутом: если мне нравится девушка, я хочу влюбиться, влюбился — хочу ее поцеловать, поцеловал — хочу с ней переспать, переспал — хочу поселиться под одной крышей, живу под одной крышей — хочу жениться, женился — встречаю другую девушку, которая нравится. Мужчина — животное ненасытное, он вечно выбирает из нескольких вариантов фрустрации. Будь женщины похитрее, не давались бы в руки, чтобы заставить бегать за ними всю жизнь.
Ты знаешь, одна из главных причин, почему я живу в 110 милях от цивилизации, — это то, что у меня что-то вроде аллергии на человеческие драмы.
Мужчины и женщины в равной степени западают на тех, кто не обращает на них внимание.
Я никогда не принадлежал к числу тех, кто терпеливо собирает обломки, склеивает их, а потом говорит себе, что починенная вещь ничуть не хуже новой. Что разбито, то разбито. И уж лучше я буду вспоминать о том, как это выглядело, когда было целым, чем склею, а потом до конца жизни буду лицезреть трещины.
Я знаю многих, кто живет в одиночестве из-за страха с кем-то сблизиться. Какие вы одинаковые! Вы всех отталкиваете.
Хорошо, когда рядом с тобой есть кто-то, кто безоговорочно понимает, что происходит. Это — великолепный дар.
На человека, который ринулся защищать тебя в опасной ситуации, невольно начинаешь смотреть немного иначе, чем на тех, кто безучастно остался стоять в стороне.