Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей). Книга занимательных историй

Увидев правителя, окруженного сильной стражей, отшельник сказал:

— Видно, немало зла сделал он людям. Если бы он не творил зла, то не боялся бы людей и не нуждался бы в страже.

0.00

Другие цитаты по теме

Одного философа спросили:

— Какое событие явилось бы благом для большинства жителей страны?

Он ответил:

— Смерть дурного правителя.

Умирая, один скупец наказал своему сыну:

— Я хотел бы, чтобы в обращении с людьми ты уподобился хорошему шахматисту. Настоящий игрок всеми способами старается уберечь свое и захватить чужое.

— В чем сходство между глупым и слепым? — спросили одного философа.

— Подобно тому как слепой не отличает свет от тьмы, глупец не отличает разума от глупости.

Когда Александр Македонский собирался отправиться в поход против амазонок, он сказал:

— Если я одержу победу — моя слава не возрастет, если же они победят меня, это будет страшным позором. Будут говорить, что великого Александра побили женщины.

И он отменил этот поход.

Одного аскета спросили:

— Сделал ли ты в течение своей жизни что-нибудь такое, чем был бы доволен?

Тот ответил:

— Не знаю. Не берусь утверждать, что сделал. Но одно я знаю твердо: что бы я ни делал, я всегда опасался разгневать Бога, опасался, что он отвернется от меня.

Одного философа спросили:

— Кого можно считать безнадежно глупым?

Тот ответил:

— Мужчину, который женился на красивой девушке и, оставив ее, уехал в далекую страну.

Некто начертал на дверях тюрьмы:

«Вот дом печали, где люди похоронены заживо. Здесь испытывается истинная дружба и познается мера ненависти врагов».

Мудрец сказал:

— Душа, в которой отсутствует мудрость, мертва. Но если обогатить ее учением — она оживает, подобно заброшенной земле, на которую пролился дождь.

Аристотеля спросили:

— Почему завистники всегда чем-то огорчены?

— Потому что их снедают не только собственные неудачи, но и успехи других, — ответил он.

Диоген однажды заметил незаконнорожденного мальчишку, швырявшего камни в прохожих.

— Прекрати баловство, — сказал ему философ. — Ты можешь нечаянно угодить камнем в собственного отца.