Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей). Книга занимательных историй

— Почему в твоих владениях всегда царит спокойствие? — спросили одного правителя.

Он ответил:

— В то время, когда я витаю в облаках, мои помощники находятся на земле, а когда они витают в облаках, я нахожусь на земле. Когда я гневаюсь, они меня успокаивают, а когда они сердятся, я их умиротворяю.

0.00

Другие цитаты по теме

Царь Арташир* как-то заметил, что гнев владык должен проявляться в оказании милости и снисхождения тем, кто вызвал этот гнев, а не в том, чтобы отказывать им в самом необходимом.

— Адам согрешил, а помазанник божий был распят на кресте за его грехи, дабы искупить их.

— Это несправедливо. Тот, кто совершил преступление, тот и должен быть распят на кресте.

Один философ сказал:

— Умный человек всегда узнает глупого, так как сам был в его шкуре, прежде чем набрался ума-разума. Глупцу же никогда не узнать умного, так как умным он никогда не был.

Один скупой услышал, что в другом городе проживает человек, который скупее его. Желая в этом удостовериться, он направился в тот город, чтобы посмотреть на еще более скупого человека. Придя к нему в дом, он вежливо с ним поздоровался. Хозяин дома приветливо встретил гостя и пошел на базар, чтобы купить елея. Он хотел угостить приезжего хлебом с елеем.

Подойдя к лавке, он, услышал, как торговец расхваливает свой товар:

— У меня есть елей, прозрачный, как вода.

— А у меня дома стоит целый мех с водою, — сказал скупой.

И он стремглав побежал домой, наполнил кувшин водою, поставил его перед гостем и сказал:

— Я уходил, чтобы купить для тебя елей, но на базаре я заметил, что, желая похвалить елей, люди сравнивают его с водою. Значит, вода лучше елея, иначе бы его не сравнивали с водою. Поэтому я и угощаю тебя водою.

Услышав это, гость сказал:

— Поистине, в наше время нет более скупого человека, чем ты.

Некий книжник так выразился о человеке, к которому относился с пренебрежением:

— Его отец имел обыкновение скрывать в своей одежде всех принадлежащих ему животных.

Он намекал на вшей.

Некто сказал:

— Человек молчит — разум спит, человек говорит — разум бодрствует. Когда то и другое в меру — разум достоин похвалы.

Отсюда следует, что и бодрствование, и сон, и молчание, и разговор — все должно идти на пользу человеку.

Жена Бузурджмихра задала своему мужу какой-то вопрос, на который он не смог ответить. Тогда она ему сказала:

— Ты ведь советник царя и получаешь большое жалованье, а не можешь ответить на мой вопрос!

На это он ей возразил:

— Я получаю жалованье за то, что я знаю, а не за то, чего не знаю. Если бы мне платили за то, чего я не знаю, то всех царских сокровищ не хватило бы, чтобы со мной расплатиться. Ибо то, что мне неведомо, неизмеримо больше того, что я знаю.

Один отшельник сказал:

— Все земные страсти бесплодны. Те, которые были пережиты, — подобны снам, те же, которые нас ожидают, — закончатся для тех, кто еще надеется, разочарованием.

Увидев философа, макавшего сухарь в воду и евшего его с наслаждением, некто удивился:

— Как можно есть с аппетитом такую пищу?

— А я приберег ее на тот случай, когда и сухарь кажется лакомством, — ответил философ.

Отец Агафон три года держал во рту камень, пока не достиг совершенства в искусстве молчания.