Мои записи, как черный ящик в самолете. В них вся информация. Если вы хотите знать, что произошло и то, что я думаю — все в них. Все стены рушатся в моих песнях. Песни, как лифт в мою душу.
Спеть тебе песенку? Мне её напел тот, кто со мной это сделал. А я напою её тебе, хочешь? Раз, два, три. Попробуй меня найди. Череп, кости, скелет, ты обещал хранить обет. Четыре, пять, шесть. Тебя ждёт плохая весть. Могила, черви и гниль, я тебя почти похоронил...
Когда ты счастлив, ты наслаждаешься музыкой. Когда ты грустишь, ты вникаешь в текст песни.
— Вам веселую песню или грустную?
— Грустную.
— Хорошо, но предупреждаю, я разобью вам сердце.
— Уже разбито...
Тяжело ли было учить песни на английском?! Было тяжело учиться играть песни на английском!
Еще не время плакать надо мной, -
Пусть жизнь прошла, все пролетело,
Осталась песня, песня в час ночной!
— Это самая модная песня, — угрюмо отозвался Граммофон. — Страшно популярная!
— Популярная?
— Ну да. Из тех, слова которых запоминают даже слабоумные, а мотив могут пропеть или просвистеть и те, кому медведь на ухо наступил. Потому-то такие песни и популярны.
Я предпочитаю сочинять песни на трезвую голову, чтобы понимать: автор моих слов — я, а не алкоголь.
– Я слышал, как вы ему пели.
– Я напевала для себя. Я же не виновата, если он слушал.
О красоте сирен ходят легенды, но в кетонках течет королевская кровь, а это дарует особое великолепие. Величие, выкованное соленой водой и царскими привилегиями. Ресницы наши сотканы из ледяной стружки айсбергов, губы окрашены кровью моряков. Даже странно, что для кражи сердец нам вообще нужна песня.
Cлайд с цитатой