Вы знаете, какая военная стратегия самая лучшая? — Отнять у противника желание сражаться не применяя силу.
Те простые радости, которые не замечались в мирной жизни, становились недоступными и особо ценными в дни войны.
Вы знаете, какая военная стратегия самая лучшая? — Отнять у противника желание сражаться не применяя силу.
Те простые радости, которые не замечались в мирной жизни, становились недоступными и особо ценными в дни войны.
... а так как, по её убеждению, ни один дом нельзя считать счастливым и процветающим, если в нём не будет царить мир, то она питала отвращение к войне.
Все сходилось к тому. что вот-вот грянет война. Да не простая, не те стычки на границах, что случаются каждую неделю, не малая, что раз в год, а большая, великая, когда сдвинутся с места народы, когда будет плач великий, а вороны обожрутся так, что не смогут больше летать.
Мне место — там, среди полей,
Где падают бойцы
И для забавы королей
Плодятся мертвецы!
Мне долг велит лететь туда,
Всем сердцем рваться в бой,
Да только сердце — вот беда —
Украдено тобой!
А вы верите в «первоисточники», кроме, естественно, официальных заявлений российского правительства? Я предпочитаю «первоисточникам» не верить, потому что мы находимся в, так называемом, тумане войны, а первое, что погибает на войне — это правда.
Не следует начинать сражения или войну, если нет уверенности, что при победе выиграешь больше, чем потеряешь при поражении.
Какой-то мудрец сказал: «Если мы не покончим с войнами, войны покончат с нами». И я сумел остановить хотя бы одну войну. Я не могу точно объяснить, почему я пощадил чёрных, но я понял главное: мои кошмары, в которых я видел чёрных, были их попыткой связаться со мной. Не знаю, стал ли я первым человеком, с которым они установили контакт, но я точно не буду последним. И будущее, наше будущее, расстилается перед нами, как бесконечный туннель метро. И может быть, однажды, мы заслужим свет в конце этого тоннеля…