Чингиз Абдуллаев. Срок приговоренных

Иногда я думаю, что сегодня всех людей в нашей стране нужно учить искусству выживания. Искусству уходить от наблюдения, умению стрелять, пространственному мышлению, ориентации на местности, поведению в агрессивной среде. Мы все живем в агрессивной среде. Наши города давно стали опасными для жизни.

0.00

Другие цитаты по теме

— Из-за него я столько раз был на волоске от смерти!

— Ну, не наговаривай на дедушку. Ну кинул я тебя в пропасть, ну бросил я тебя в джунглях, ну отправил я тебя в космос на воздушных шарах... Так это же все для того, чтобы ты вырос сильным.

Мужчина и женщина равны. Абсолютно равны. Полностью равны. Это как форточка в обе стороны. Только когда мужчина изменяет, он плюет из своей форточки, а когда женщина, то в свою. Вот и все равенство.

Необязательно спать с человеком, чтобы чувствовать духовное родство, которое роднит гораздо больше иных видов связи.

Думаю, быть опасной сейчас не так уж и плохо. Ты выживаешь, если ты опасна.

Я вообще-то придерживаюсь вот какой теории: нельзя жениться очень молодым. В редких случаях, когда попадается умная жена, этот брак еще удается сохранить. Но если мужику тоже двадцать, брак распадается. Мужчине нельзя в таком возрасте жениться. Он еще не чувствует ответственности за семью. Конечно, бывают исключения, но они только подтверждают правило. Если парень женился в восемнадцать-двадцать, значит, он несерьезный человек. Выходит, я был несерьезным человеком, потому что рановато женился на Алене. Конечно, мне было далеко не двадцать, но все-таки следовало немного подумать, присмотреться. А вот Семен Алексеевич женился, когда ему было за тридцать. Может, это и есть идеальный возраст для мужчины? С другой стороны, обидно. Если и твои дети женятся, когда им будет за тридцать, то внуков своих ты в лучшем случае застанешь только в яслях.

Если хотите знать, что такое настоящий ад, — загляните в глаза больного ребенка. Вашего ребенка. А вообще лучше никому и никогда этого не видеть. Зрелище не для слабонервных!

В ней нет ничего смертоносного, кроме жажды жизни. А любая жажда – вещь сама по себе опасная.

— Твои пистолеты женского рода? — спросила я, принимая оружие.

— Да, потому что женский род всегда опаснее, Кэт.

Пытаясь выжить на улице, я осознал: есть предел тому, что человек способен сделать в одиночку. А значит, ради достижения цели нужно уметь полагаться на других и быть готовым самому стать опорой.