Мы представляем себе убийц безликими существами, порой кажется, что весь город кишит ими, но они обычные люди, как ты и я...
Убийца, в сущности, есть высший вид игрока, ибо его ставка — не деньги, а собственная жизнь.
Мы представляем себе убийц безликими существами, порой кажется, что весь город кишит ими, но они обычные люди, как ты и я...
Убийца, в сущности, есть высший вид игрока, ибо его ставка — не деньги, а собственная жизнь.
— Тебе нельзя встречаться с Аланом, он может быть убийцей.
— Я на сто процентов уверена, что он невиновен.
— Основываясь на чем?
— На том, что он может стать моей будущей половинкой!
— Он может стать будущим заключенным!
— Почему ты никого не позвала, а сразу побежала к нему?
— Потому что когда меня ранили, я помню, как думала, что лицо моего убийцы — это последнее, что я увижу. То же самое могло случиться с ним. Он должен был увидеть что-то хорошее перед смертью.
Вот потому-то люди в метро так и выглядят, каждый скулит, что его нудная работа — полное дерьмо, что всё бессмысленно и бесполезно, но, несмотря на это, никто не хочет ничего менять. Все предпочитают забываться и терпеть, скучать и прозябать. Ну и хрен с ними, пусть, а я так не могу. И плевать, что я останусь без гроша до конца жизни. Уж лучше быть грязным и голодным, чем потерять вкус к жизни и сдохнуть со скуки.
В результате убийства, жертвой является убитый. Но когда Рэтчет убил Дейзи Армстронг, жизнь дюжины людей была нарушена, искалечена, оборвана. Они жаждали справедливости. И надо наконец понять, кто из этих истерзанных душ, кто именно стал убийцей?
— Черт! Все пошло не по плану!
— У неё имя начинается с «Убийца», чего ты удивляешься?
— Ты убийца. Пятеро невинных иракцев убиты по твоему прямому приказу.
— Я солдат.
— Нет. Ты перестал им быть, перейдя черту.
Серийные убийцы обычно — практически всегда — рабы своей мании. Они убивают потому что не могут иначе. И не в силах остановиться.