Журналист: Какая самая прекрасная вещь, которую когда-либо делали для тебя?
Джонатан: Моя жена Мара, которая вышла за меня замуж и родила ребенка.
Журналист: Какая самая прекрасная вещь, которую когда-либо делали для тебя?
Джонатан: Моя жена Мара, которая вышла за меня замуж и родила ребенка.
Когда на долю семьи выпадают серьезные тяготы, достаётся не только взрослым, но и детям. Причём детям иногда даже в большей степени, нежели мы себе представляем.
В чем проблема родителей и детей? Дети утверждают, что их родители всегда будут для них семьей, а родители — что всегда будут заботиться о детях. Но правда ли это так? Разве главное то, с кем и как ты связан? Ведь важнее... Как бы это сказать?.. Связи, которые ты сам выбираешь. Ты не можешь выбрать себе семью, но партнера ведь можно, да?
К переменам я искренне готов!
Не то, чтобы сцену оставить или погасить последний фитиль,
Просто есть семья и дом всё остальное пыль.
Я уверен, что просто так ничего не наладится. Я не из тех, кто борется за мир силовыми методами. Люди должны любить друг друга, особенно своих детей. Мои дети — это единственная причина, по которой я встаю по утрам.
И это тоже маленький секрет большого семейного счастья — говорите со своими детьми и слушайтесь их. Они мудрее нас.
Я люблю младенцев и маленьких детей, пока они еще не выросли, и не стали думать, как взрослые, и не научились, как взрослые, лгать, и обманывать, и подличать.
Самое важное семя, которое я посеял в этой жизни, — это мои дети, любовь и знания, которые я могу им даровать, и помощь, которую я могу им предложить.
— Наверное, отец так и думает. Жаль только он не делится с нами.
— Началось.
— Что?
— Сэм, мы год искали отца, а теперь мы с ним всего пару часов, а ты уже зудишь.
— Нет. Я счастлив, что он невредим. Я счастлив, что мы вместе.
— Чудно.
— Но, он обращается с нами, как с детьми.
— Боже.
Все вокруг говорят, что семья — это творчество, тяжёлый труд, но на самом деле почти все дети — результат пьянки и легкомыслия.
Одна из действительно трусливых вещей, которые я сделал в своей жизни — не сходил на похороны своего отца. Я не хочу цитировать психолога, но это правда: по этой причине я не мог принять его смерть и смириться с ней. Поскольку я повел себя как трус, я должен теперь страдать от этого. С тех пор у меня появилась навязчивая мысль о смерти и потери. Я надеюсь, что это изменится, но это уже продолжается в течение длительного времени.