Журналист: Какая самая прекрасная вещь, которую когда-либо делали для тебя?
Джонатан: Моя жена Мара, которая вышла за меня замуж и родила ребенка.
К переменам я искренне готов!
Не то, чтобы сцену оставить или погасить последний фитиль,
Просто есть семья и дом всё остальное пыль.
И это тоже маленький секрет большого семейного счастья — говорите со своими детьми и слушайтесь их. Они мудрее нас.
Я люблю младенцев и маленьких детей, пока они еще не выросли, и не стали думать, как взрослые, и не научились, как взрослые, лгать, и обманывать, и подличать.
Самое важное семя, которое я посеял в этой жизни, — это мои дети, любовь и знания, которые я могу им даровать, и помощь, которую я могу им предложить.
Я уверен, что просто так ничего не наладится. Я не из тех, кто борется за мир силовыми методами. Люди должны любить друг друга, особенно своих детей. Мои дети — это единственная причина, по которой я встаю по утрам.
Знаете, что мне кажется самым странным? У них уже было двое детей и женщина еще одного вынашивает. Имхо, на твитче надо чаще рекламировать ****оны, а не ****ого бамблби и пубг.
В чем проблема родителей и детей? Дети утверждают, что их родители всегда будут для них семьей, а родители — что всегда будут заботиться о детях. Но правда ли это так? Разве главное то, с кем и как ты связан? Ведь важнее... Как бы это сказать?.. Связи, которые ты сам выбираешь. Ты не можешь выбрать себе семью, но партнера ведь можно, да?
Одна из действительно трусливых вещей, которые я сделал в своей жизни — не сходил на похороны своего отца. Я не хочу цитировать психолога, но это правда: по этой причине я не мог принять его смерть и смириться с ней. Поскольку я повел себя как трус, я должен теперь страдать от этого. С тех пор у меня появилась навязчивая мысль о смерти и потери. Я надеюсь, что это изменится, но это уже продолжается в течение длительного времени.
Я делал все возможное, чтобы моих пятерых детей не душило уважение ко мне; и это мне, я бы сказал, удалось; но что бы вы ни делали и как бы они вас ни любили, они всегда будут смотреть на вас слегка как на чужого: вы пришли из краев, где они не родились, а вы не узнаете тех стран, куда они идут; так как же вам вполне понять друг друга? Вы друг друга стесняете, и вас это сердит. И потом страшно сказать: человек, которого больше всего любят, должен меньше всего подвергать испытанию любовь своих близких: это значило бы искушать бога. Нельзя слишком многого требовать от нашей человеческой природы. Хорошие дети хороши; мне жаловаться не на что. И они еще лучше, если не приходится к ним обращаться. Я бы мог многое рассказать на этот счет, если бы хотел. Словом, у меня есть гордость. Я не люблю отнимать пирог у тех, кому я его дал. Я словно говорю им: «Платите!»
— Не цепляйся к нему из-за школы! Не всем даётся.
— Он твой сын!
— Мой сын?!
— Да. Генри Джонс Третий!
— Почему он у тебя бросил школу?!
Cлайд с цитатой