Журналистика — профессия почти столь же древняя, как... словом, это вторая древнейшая профессия.
Ум человеческий — штука сложная и неверная.
Журналистика — профессия почти столь же древняя, как... словом, это вторая древнейшая профессия.
Сегодня в России остается все меньше людей, относящихся к журналистам с доверием и уважением. Уже давно понятно, что существенная часть сотрудников СМИ «за долю малую» в состоянии оболгать кого угодно, что свобода слова в нашей стране многими понимается как свобода лжи. В этой связи журналистика начинает восприниматься как аморальная профессия, занятие для бессовестных людей. Может быть, петербургским деятелям пера и микрофона стоит задуматься и над тем, почему их организация, о «корочках» которой совсем недавно мечтали действительно талантливые и достойные личности, сегодня не обладает в городе должным авторитетом?
Лучше разговаривать, когда ты один. Тут, по крайней мере, что захотел, то и сказал, черт побери!
Сегодня в России остается все меньше людей, относящихся к журналистам с доверием и уважением. Уже давно понятно, что существенная часть сотрудников СМИ «за долю малую» в состоянии оболгать кого угодно, что свобода слова в нашей стране многими понимается как свобода лжи. В этой связи журналистика начинает восприниматься как аморальная профессия, занятие для бессовестных людей. Может быть, петербургским деятелям пера и микрофона стоит задуматься и над тем, почему их организация, о «корочках» которой совсем недавно мечтали действительно талантливые и достойные личности, сегодня не обладает в городе должным авторитетом?
Когда речь идёт о чужом мире, больше всего получает тот, кто меньше просит. Я всегда вызывала доверие у тех, кто «смотрит душой», и без труда проникала в самые закрытые общины и на секретные церемонии.
В чем секрет? Я была подчёркнуто вежлива с этими особенными людьми и никогда не лезла туда, «куда не стоит лезть». Благодаря такому бережному отношению, я удостаивалась приглашения в запутанный, закрытый, лесной мир и с готовностью ныряла в него.
Крайний срок — завтра. Нужно 8 тысяч слов. Пригодных для печати слов. Я до сих пор помню ту статью, которую ты накатал, когда Зверь выиграл выборы. Я не хочу видеть слово «Блядь!», напечатанное 8 тысяч раз подряд.
Одному ткачу так повезло, что он стал правителем. Однажды к нему обратился его придворный музыкант:
— Дай мне красивую головную повязку, чтоб я мог принарядиться в праздник.
Правитель ему ответил:
— Принеси мне шерсть, и через три дня ты получишь новую головную повязку.
Если у каждого ребенка сбудется заветная мечта, наш мир заполнят пожарные и милиционеры.