Всем нам не мешало бы начать всё сначала — предпочтительно с детского сада.
Люди чистой науки работают над тем, что увлекает их, а не над тем, что увлекает других людей.
Всем нам не мешало бы начать всё сначала — предпочтительно с детского сада.
Люди чистой науки работают над тем, что увлекает их, а не над тем, что увлекает других людей.
— Вы должный понять, — сказал доктор Брид. — Что у всех людей процесс мышления одинаков. Только ученые думают обо всем по-одному, а другие люди — по-другому.
И он галантно провозгласил тост:
— За наших жен и любовниц! — воскликнул он. — Пусть они никогда не встречаются.
Если уж человек стал писателем — значит, он взял на себя священную обязанность: что есть силы творить красоту, нести свет и утешение людям.
Если вы хотите по-настоящему причинить боль своим родителям и у вас не хватает духу стать гомосексуалистом, вы можете заняться литературой или искусством. Я не шучу. Искусство — не способ зарабатывать на жизнь. Но это очень человечный способ делать жизнь более переносимой. Когда вы занимаетесь искусством — не важно, хорошо получается или плохо, — душа ваша растёт. Пойте в ванной. Включайте радио и танцуйте. Рассказывайте истории. Пишите друг другу стихи, пусть даже и паршивые.
…беда в том, что весь мир, — запинаясь продолжала она, — что все люди живут суевериями, а не наукой. Он сказал, что если бы все больше изучали науки, то не было бы тех бедствий, какие на нас свалились.
От её точных прикосновений вспыхивали лампочки, крутились колёса, бурлила жидкость в колбах, звякали звонки.
— Волшебство, — сказала мисс Пефко.
— Мне жаль, что член нашей лабораторной семьи употребляет это заплесневелое средневековое слово, — сказал доктор Брид. — Каждое из этих пособий понятно само по себе. Они и задуманы так, чтобы в них не было никакой мистификации. Они — прямая антитеза волшебству.
Моя вторая жена бросила меня на том основании, что с таким пессимистом, как я, оптимисту жить невозможно.