В искусстве нет демократии. Народ не может проголосовать за то, какой их ждет конец.
Демократия, на мой взгляд, работает хорошо, когда мы имеем дело с какой-то стабильной, институционально устроенной страной, а когда перед страной колоссальные вызовы — демократия плохо работает... или вовсе не работает.
— Любите искусство в себе, а не себя в искусстве, как говорил Станиславский!
— Говорил, но не кричал.
— Возможно!
Поэзия чиста. Сочиняя стихи, не разбогатеешь, но можно работать с языком, создавать кристально чистые вещи. Проза не может быть совершенной. Поэзия — искра зажигания, масло в механизме языка.
К концу президентского срока кое-какое понятие, вероятно, появилось, но тогда наступают выборы и на президентское кресло садится человек, который опять не имеет никакого понятия.
Я хочу прикасаться к людям своим искусством, я хочу чтобы они говорили – он чувствует глубоко, он чувствует нежно.
— Что с вами? Вы красный!
— Уверяю вас, это только снаружи. Внутри я — конституционный демократ.
Готические художники могли рисовать животных, поскольку при этом им не нужна была никакая вспомогательная абстрактная система. Но они не могли рисовать обнаженную натуру, потому что она была идея — идея, которую их философия формы оказалась неспособна усвоить.
Cлайд с цитатой