— Санту, ты слышала новость? Наша мама выходит замуж за профессора Харьюла.
— Ну мне-то какое до этого дело, а?
— Санту, ну что, ты не можешь сказать ничего приятного?
— Могу! На мой взгляд, вы будете на редкость счастливыми супругами.
— Правда так считаешь?
— Да. Потому что у вас у обоих потрясающе идиотский вид, а потом у вас есть что-то полностью механизированное, как если бы хлеборезка вышла замуж за комбайн.
— Санту! Слышь, Санту? Санту, ты уже видела гостя? Тут недавно пришёл профессор Харьюла, он и раньше захаживал. Так вот, может случиться, что у Санту скоро будет новый папа.
— Чего?
— Папа.
— Чего ты тут стрекочешь?
— Я всё знаю, профессорша сама сказала другим барышням, а вот что Санту скажет на этот счёт?
— Да какое мне дело, кто там будет храпеть рядом с моей матерью — у меня своя комната!
Вот отец, это был человек! Любил свои книги, свою работу, лабораторию, себя совершенствовал. Достиг самой высокой степени совершенства. Он управлял своими инстинктами, как послушными собаками.
Конному всаднику. С лошадью следует обращаться как с женой: надо делать вид, что ты ей доверяешь.
— Фиксирую впереди нас остатки мощной энергии. Я думаю, это ловушка.
— Эй, да что может случиться?
— Что такое, людишки? Нервы сдают? Я вас жду.
— Куда он всё время убегает? Мы его чем-то обидели?
— Паразиты! Сколько вас надо уничтожить, чтобы вы знали своё место?
На одном ленинградском заводе произошел такой случай. Старый рабочий написал директору письмо. Взял лист наждачной бумаги и на оборотной стороне вывел:
«Когда мне наконец предоставят отдельное жильё?»
Удивленный директор вызвал рабочего: «Что это за фокус с наждаком?»
Рабочий ответил: «Обыкновенный лист ты бы использовал в сортире. А так ещё подумаешь малость…»
И рабочему, представьте себе, дали комнату. А директор впоследствии не расставался с этим письмом. В Смольном его демонстрировал на партийной конференции…
Из всех костей святого Дионисия, которые мы видели в Европе, в случае необходимости можно было бы собрать его скелет в двух экземплярах.
Cлайд с цитатой