Мир как дважды два четыре.
Исключения в нем редки.
Все продажно в этом мире:
От блондинки до брюнетки.
И не стоит сладкой лире,
Доверяться сгоряча.
Все продажно в этом мире:
От судьи до палача.
Мне нужен воздух, чистого, глоток,
Чтобы снова почувствовать я смог
К прекрасной женщине волнующую страсть
И к роднику её целебному припасть.
... Хотя на практике Империя всегда залита кровью, — ее идея неизменно обращена к миру, вечному и всеобщему миру за пределами истории.
Уж так паскудно устроен мир. Куда бы вы ни посмотрели, всегда найдется кто-нибудь, кто готов вцепиться вам в глотку.
Сад времени нашего ядом сочится,
Ни в свежесть, ни в сласть тростника ты не верь:
Его сердцевина больна и червива…
О жизни и смерти подумай теперь.
Скрипят без конца две широкие двери -
Ворота рождений, ворота потерь.
Вращается мир, забывая ушедших,
Бесстрастно встречая стучащихся в дверь.
Интерес людей к «сверхъестественному» объясняется их странной слепотой. Они не видят наиболее таинственного, а именно — самого нашего мира.
Ты видишь мир только в двух цветах: чёрном и белом. Но мир не так прост, всё вокруг тебя где-то посередине: ни белое, ни чёрное — серое.
Мир необратим, и то, что не извлечено сегодня не будет извлечено завтра. Более того, извлечь можешь только ты. Положиться на другого нельзя, потому что у него нет твоей темноты, а извлечь можно только из своей темноты, – у каждого темнота своя.
Мы черпаем горсть песка в безбрежной пустыне ощущений вокруг нас и называем её миром...
Cлайд с цитатой