Извините, ребята, вы кое-что здесь обронили... Это ваши челюсти, потому что Барни Стинсон собирается содействовать этому браку.
— Остался один час до конца отсчета, и я влеплю тебе пощечину.
— Я не боюсь.
— Тогда почему у тебя правая щека дергается? Может быть потому, что будущий я влепил пощечину будущему тебе так сильно, что это отдается обратно в настоящее, сотрясая пощечино-временной континуум?
— Пожалуйста, не бей меня!
— Эти пять стопок продвинули тебя с Робин гораздо дальше, чем это мог сделать твой мозг.
... не хочешь, значит, чтобы я врал, но именно благодаря вранью мы вместе. Все, что я тогда сделал для того, чтобы ты сказала «да» на той крыше — и Патрис, и фальшивое предложение — это все была подстава, но за всем этим враньем кроется одна единственная правда, которая способна затмить всю ложь в мире, и она заключается в том, что я люблю тебя, и ты знаешь, что я не вру, когда говорю это.
— Ты что, рисуешь на своей заднице?
— У меня очень скоро важное собеседование, а на этом костюме куча дыр. Я не умею шить, я не владелец компании по вышивке, поэтому я... Да, я рисую на своей заднице!
— Крысокан?
— Да!
— Ты хочешь сказать, что крыса и таракан сделали горизонтальное деситилаповое межвидовое ча-ча?!
Вот так всё и начинается. Сначала Робин уезжает к Дону, потом Маршал и Лили заводят ребёнка, а потом Тед будет обнаружен в своей квартире, съеденный кошками. Все меня покидают, и мне это не нравится!
Но я то не стыдливый. В моем организме, в месте, где должны быть железы стыда, находятся железы изумительности. И это правда.
Cлайд с цитатой