Вверху небо, внутри голос.
Чему тут этих магов учат-то?
— Магии учат.
— Оно и видно, что, кроме магии, тут научиться-то и нечему.
Вверху небо, внутри голос.
Чему тут этих магов учат-то?
— Магии учат.
— Оно и видно, что, кроме магии, тут научиться-то и нечему.
Не слышно на палубе песен,
Эгейские волны шумят...
Нам берег и душен, и тесен;
Суровые стражи не спят.
Раскинулось небо широко,
Теряются волны вдали…
Отсюда уйдем мы далёко,
Подальше от грешной земли!
— Эх, казалось, мы предусмотрели все… Но мы не взяли предоплату. Проклятые искатели приключений погибли, так и не заплатив. Чертовы любители дармовщины! И ведь услугу мы оказали, все выполнили на высшем уровне. Их смерть была поистине достойной и, главное, интересной. А они… Тьфу! После их славной гибели мы специально вызвали некроманта, достали их капитана с того света. И что вы думаете? Он показал нам кукиш! Представляете?! Появился из белой дымки в одной только треуголке, показал кукиш, злобно расхохотался и исчез!
— Что это у тебя?
— Фаланга мизинца мертвеца, который покончил жизнь самоубийством из-за нападок своей стервы-жены.
— Да ну-у?
— А то!
— И он помогает?
— В поддержке стереотипов — очень даже, а вот в управлениями энергиями — никогда. Просто люди всегда уверены, что некроманты не могут жить без косточек, могилок и трупиков. А кто я такой, чтобы нарушать устоявшееся народное мнение? Так нас и бояться перестанут.
В детстве я любил смотреть на небо. На дневное небо с бегущими по нему облаками, которые жили собственной жизнью, меняясь на глазах, и безмятежно ползли одной им известной дорогой. Иногда мне казалось – точнее, я хотел верить – что символы, которые я угадываю в очертаниях того или иного облака, являются знаками, посланными мне с небес. Это было захватывающе. Но больше всего я любил звездное небо. Бескрайнюю тьму за окном, тихой ночью, когда весь город спит, а ты таращишься на далекие точки, которые пробуждают что-то смутное, неясное, но безумно волнующее в душе.
А когда я вырос, то перестал смотреть на небо.
Как и все, я стал смотреть вниз, на мусор и грязь.
Каким бы искусным ни был фокусник, он не может заработать и удержать свою репутацию, не изобретя собственных оригинальных номеров.
Но мне дым нравится. Он поднимается вверх, к небу... Как будто маленькая лестница в рай.