— Не говори, что не думаешь о том же, о чем и я.
— Хорошо, тогда скажи, о чем думаешь ты и я буду знать, что творится у меня в голове!
— Не говори, что не думаешь о том же, о чем и я.
— Хорошо, тогда скажи, о чем думаешь ты и я буду знать, что творится у меня в голове!
Держите мысли в порядке, и тело последует за ними. Любые передряги будут тебе по зубам. Если ты будешь одержим, если отдашься всем сердцем своей цели, то в таком случае ты можешь только победить!
– Мысли не отличаются точностью и не поддаются контролю, – ответил он. – Если я открою перед тобой свой разум, я не буду знать, что именно ты сумеешь там прочесть. А когда я читаю твои мысли, я могу ошибиться и неправильно истолковать то, что увижу и услышу. Поэтому я предпочитаю разговаривать и таким образом использовать свои умственные способности. Мне нравится слышать звучание речи и с ее помощью вступать в необходимые для меня отношения с другими. Мне нравится, когда меня слушают. К тому же я не люблю без предупреждения проникать в чужой разум. Если говорить откровенно, я считаю, что речь – это поистине величайший дар, которым в равной степени владеют как смертные, так и бессмертные.
Она хотела бы ни о чем не думать – просто лежать и блаженствовать. Мысли – настоящий бич. Только поддайся им – затянут в воронку, из которой не выбраться.
Гениальные мысли, родившись не стареют, а молодеют, обретая с годами своих адептов в рядах нового, молодого поколения.
Ваша мысль, хотя бы и дурная, пока при вас, – всегда глубже, а на словах – смешнее и бесчестнее.
Мы, может быть, слишком бережливы в трате своих чувств, много живем мыслью, и это несколько искажает нас, мы оцениваем, а не чувствуем…
Между нами говоря, почему люди не думают? Вас это не бесит? Почему бы им просто не подумать?
Есть вещи, раздумье о которых не способствует их прояснению. Потому и не стоит о них слишком долго рассуждать. Это только всё портит и усложняет.
Она уже стала проводить пасмурные октябрьские утра, сидя у окна своей комнаты, жалея мёртвых и думая, что, не пожелай бог отдохнуть в день седьмой, у него было бы время для того, чтобы сделать мир более совершенным.
— Ему надо было воспользоваться тем днём, тогда бы в мире не было стольких недоделок, — говорила она. — В конце концов для отдыха у него оставалась вечность.
Для неё со смертью мужа не изменилось ничего, за одним-единственным исключением: прежде, при его жизни, для мрачных мыслей у неё была причина.
Это все потому что я думаю о сне, а не сплю! Но как мне быть, если я постоянно думаю о том, что я не сплю, когда должен спать.