— Сейчас бы морковного фреша со сливками...
— Ну давай я тебе чаю со сгущенкой наболтаю!
— Сейчас бы морковного фреша со сливками...
— Ну давай я тебе чаю со сгущенкой наболтаю!
Увидев в меню поросёнка с хреном, осторожный клиент спросил: «Хрен — это овощ или эвфемизм?»
— А себе что-нибудь выбрали?
— Не-а, — печально сказала Полина. — Пива Тед не нашёл, а шоколад весь белый.
— Я думал, ты и белый любишь.
— Люблю. Когда он такой с самого начала, а не по жизненным обстоятельствам.
— У вас случайно колбасы с собой нет?
— Есть, только докторская.
— Была докторская, стала — любительская.
— Минутку... А что, в Канаде нет американского сыра?
— Есть, но он называется «Плавленный сыр».
— А на вкус такое же дерьмо?
— Да. В целом, да.
Когда думаешь об еде, то на душе становится легче, и Тетка стала думать о том, как она сегодня украла у Федора Тимофеича куриную лапку и спрятала ее в гостиной между шкафом и стеной, где очень много паутины и пыли. Не мешало бы теперь пойти и посмотреть: цела эта лапка или нет? Очень может быть, что хозяин нашел ее и скушал.
— Между прочим, в ней (в пасте) крокодильи яички. Очень питательно.
— А я и не знал, что у крокодилов есть яички, — сказал профессор самых современных рун.
— Больше нет, — заметил слугобраз Шноббс.
— Винсент, в этом «пятикратном чили» есть особые ингредиенты?
— Какие?
— Не знаю. Спирт, ракетное топливо или что ты там варишь в лаборатории, которую называешь кухней?
— Я не делаю секрета из приправ.
— Он съел три тарелки твоего чили и вспыхнул. Я тебя не слишком обременю, если попробую?
— Пожалуйста, угощайтесь.
— Доедайте, папа купил на десерт ватрушку.
— Нет, нельзя! Сберегу ее на особый случай, когда вы все уедете…
— Сэндвич с яйцом и кресс-салатом, Мэйсон?
— Что это такое? Я думал, это крошка хлеба, окруженная зубочистками.
— Вероятно, ты предпочтешь что-нибудь из того, что принес сам? Я всегда могу отрезать тебе кусочек от «ничего».