Правосудию я верил,
Но теперь мне нет в нём места.
Приличные люди живут любящими семьями. Каждый день они приходят с работы домой, и включают новости. И что они видят? Они видят насильников, убийц, растлителей детей. Видят, как их выпускают из тюрем. Мафиози задерживают с двадцатью килограммами кокаина и отпускают, ***ь, под залог в тот же день. И все думают об одном и том же — кто-нибудь должен перестрелять этих ***асов. Убить всех. Признай, даже ты об этом думал.
Но правосудие, как Смерть,
Идет своим путем,
Для всех времен людской закон
С пощадой незнаком:
Всех — слабых, сильных — топчет он
Тяжелым сапогом.
Всегда так было и всегда так будет, что время и мир, деньги и власть принадлежит мелким и плоским, а другим, действительно людям, ничего не принадлежит. Ничего, кроме смерти.
Ужасная несправедливость: мужчины краснеют до шестидесяти лет, женщины – до шестнадцати.
Едва зайдёте
Ко мне, прощайтесь с белым светом!
Вы не умрёте,
Но вы не знаете об этом!
— Теперь ты в руках правосудия.
— Какого правосудия? Вашего? Которое приговаривает прежде, чем судить?
Ничто так не нравится, как погибшее; тоска по отнятому делает нас несправедливыми к оставшемуся.
Cлайд с цитатой