Грешник, которому нет прощения... Настанет ли время, когда он сможет искупить свой грех?
Или он будет нести это бремя до самой смерти? Вечно жить с чувством вины...
Грешник, которому нет прощения... Настанет ли время, когда он сможет искупить свой грех?
Или он будет нести это бремя до самой смерти? Вечно жить с чувством вины...
Многочисленными оправданиями своих грехов ты пытаешься загладить вину, чтобы заставить утихнуть совесть и попытаться спасти свою душу, а, точнее сказать, то, что от неё осталось.
В обществе, где виновен каждый, единственное преступление — быть пойманным. В мире воров единственный смертный грех — это глупость.
Раскаяние... Грехи, которые без конца повторяются. Грех приводит к вине. Но если ты больше не можешь выносить вину, то как ты можешь раскаяться?
Теперь удрученность меня отпустила. Так же как и чувство вины, о котором я перестала думать.
Всегда ли так происходит, когда мы направляемся в сторону чего-то запретного — или, как некоторые это называют, греха. Первый шаг мучителен до истощения — до крови, до костей, до потери сознания. Второй тоже раздирает душу, но уже это терпимо. С третьим шагом страдание лишь проносится над нами, как черная туча. Скоро оно перестанет нас задерживать или беспокоить.
Когда в твоей жизни происходит что-то ужасное... Что-то такое, что ты не в состоянии контролировать или исправить... — Он с трудом глотнул и издал тяжелый, хриплый вздох. — Чувствуешь себя таким беспомощным, хочешь найти виноватого...
... на свете было бы гораздо меньше скандалов и неприятностей, если бы люди не идеализировали грех и не стремились прославиться в роли грешников.
Когда вашу любовь отвергают люди, которых вы любите больше всего на свете. Когда вас предают близкие вам люди… Вы взваливаете вину на себя. Вы прячетесь и закрываете своё сердце.
(Когда твою любовь отвергает тот, кого ты больше всего любишь... Когда предает тот, кто был ближе всего к тебе... тогда начинается твое самоуничтожение. Ты прячешься в своем мире, что так близок к твоему сердцу.)