— Реальность отделяет нас от воображаемого мира всего лишь одним зеркалом.
Жизнь становится довольно легко контролировать, когда вы исключите все социальные законы и будете применять лишь законы нашей реальность, ведь они являются не только законами, но и манерами поведения.
Все живые существа используют реальность как истину, когда им это удобно. Они не могут жить по-другому.
Мы имеем дело с отстраненным, почти лабораторным отслеживанием бесконечно самопожирающейся реальности, которая, подобно взбесившейся, сведенной судорогой мышечной ткани, вдруг начинает жить своей, никоим образом не контролируемой, жизнью, лишенной какой-либо логики, кроме логики пожирания и потребления.
Что такое Толкин (не как человек — как феномен)? А ведь это — литературный эпос, воображённый эпический мир, в который современные мальчики и девочки ныряют с головой, мир ясный, с чётко позиционированным добром и злом, с вождями и героями, мир, в котором можно найти убежище от сложной и чересчур «взрослой» «постмодернистской» реальности. Ну и — на здоровье! Главное — суметь «вынырнуть», когда время придёт. «Вынырнуть» в наш сложный, неоднозначный, лишённый простоты и незамутнённости мир. Но, может быть, — сохранить какую-то «толкинистскую» искорку в глазах.
Мир становится для нас реальным только в том случае, если в нем действуют свои ограничения.
Мечты слабых — бегство от действительности, мечты сильных — формируют действительность.
Ты должен принять реальность других людей. Тебе кажется, что реальность — это предмет для переговоров, что она будет для нас такой, как ты скажешь. Ты должен принять, что мы столь же реальны, как и ты; ты должен принять, что ты не Господь Бог.
Вот было у крестьянина три сына,
Все трое — дураки, что характерно.
Атос, Портос и младший — Буратино
Принцессу встретили, и кончилось всё скверно!
Они вложили ей, на всякий случай,
Прям под матрац горошину. Тротила.
И от дворца остался только ключик,
Который сныкала безумная Тортилла.
Её царевич отловил и долго мучил
Кричал: «Зачем тебе такие уши, бабка?»
Потом убил, сварил и съел, а ейный ключик
У Дуремара поменял на центнер мака.
— Между вчера и сегодня большая разница.
— Какая разница?
— Вчера была мечта, а сегодня осталась реальность.
Cлайд с цитатой