Я искал зебру, потому что остальные доктора исключили всех лошадей.
— Что ты ищешь? [Хаусу, открывающему один за одним ящики с трупами в морге]
— Звонил маме — не берет трубку.
Я искал зебру, потому что остальные доктора исключили всех лошадей.
— Что ты ищешь? [Хаусу, открывающему один за одним ящики с трупами в морге]
— Звонил маме — не берет трубку.
— Ты наркоман! Я то, идиот, считал, что дело ограничится таблетками, социопатией и сарказмом.
[Хаус рыгнул]
— прости! Викодин аукается.
— А ты торчишь на медребусах. Все классические признаки наркомании. Врешь, пренебрегаешь обязанностями и не можешь остановиться, невзирая на последствия.
— А это что за фигня?
— Леденцовые трости.
— Леденцовые трости? Вы издеваетесь надо мной?
— Нет! Ведь... ведь Рождество, и я подумала...
— Расслабься. Это была шутка.
— У моей пациентки вот-вот случится инфаркт, и обширный.
— Очень жаль, потому что у меня билеты на инсульт на третьем этаже.
— Разве плохо иметь кого-то в ожидании сильных чувств?
— Люди, избегающие настоящих отношений, понимают всю их серьезность.
— Зачем попусту тратить жизнь, пока в ней нет настоящих чувств? Любовь есть, но пока она где-то далеко, займемся сексом.
— Что мы делаем, если победили?
— Зажигаем!
— А если проиграли?
— Зажигаем еще больше!
— Никто из вас не решится назвать его идиотом, пока он в этой комнате... Думаю, лучше отправить его на кардиограмму.
— Что ж, я думаю, это туберкулёз.
— Но вы же сказали, что что-то с сердцем!?
— Я просто хотел выпроводить его из кабинета. Теперь мы можем называть его идиотом. Ну, кто первый?