Для кого же ещё делать глупости, как не для своей семьи?
— Мне так жаль, что ты наглоталась выхлопных газов Лоретты.
— Ничего. Всякое бывает.
— Что ж я рада, что не все в этой семье во всех бедах обвиняют ни в чем неповинную малышку.
— Да. конечно. Чудесная машинка. [Рути уходит]. Гадский тарантас.
Пусть ты и думаешь, что я ухожу проигравшей, но это не так. Я победила, потому что старалась, а это все, что мы можем.
— Только не говори, прислушайся к сердцу.
— Родная, это ведь...
— Или к почкам, или к селезенке, или к другим органам.
— Я не смогу.
— Побольше уверенности, Оливер!
— Ммм... хорошо, я уверен, что я не смогу!
— Сейчас в прессе только о тебе и говорят. Но скоро все утихнет. Уж поверь мне.
— По поводу тебя уже утихло? Нет еще.
— Ну каких-то сорок лет.
Я... не могу сказать, но если бы я вам сказала, вы бы — не может быть, а я — может, а вы — да как, а я — да вот так.
— Ты в порядке?
— Кричу на картинки. По-твоему это нормально?
— В этой семье ничего не бывает нормально очень давно.
— Знаешь, чем ближе совершеннолетие, тем ты бесполезнее.
— Пока ты носишь эту парнеотталкивающую толстовку, что я купил, можешь обзываться как угодно.
Cлайд с цитатой