Мы не читаем и гордимся этим
И не знаем мы ваших арифметик,
Умещаем всю свою жизнь в айпэде.
Будем знакомы, мы — ваши дети!
Мы не читаем и гордимся этим
И не знаем мы ваших арифметик,
Умещаем всю свою жизнь в айпэде.
Будем знакомы, мы — ваши дети!
Нас не удержать ни в какой двери,
Уж простите, но все-таки смиритесь с этим.
Надо было вам слушать Экзюпери.
Будем знакомы, мы — ваши дети!
Застрелил бы на месте любого, кто иронизировал бы по поводу моей любви, моей веры или моего патриотизма! Но, к счастью, времена меняются. Нынче дуэли не в ходу. И вообще всё стало «лайт». Любовь-лайт, вера-лайт, патриотизм-лайт. А я вовсе не ропщу!.. Всё идёт своим чередом! Всё к лучшему в этом лучшем из миров, как говорил мудрец Вольтер.
В войну погиб цвет народа. В живых из лучших сохранились немногие. А дети не стали лучше отцов, хотя нельзя осуждать какое-либо поколение целиком. Вот, может быть, поэтому теперь и мало кто рискует броситься грудью на амбразуру, защищая свою и чужую честь...
Меня спрашивают, почему я не пишу об Ахматовой, ведь мы дружили... Отвечаю: не пишу, потому что очень люблю её.
Я приказал в случае возникновения критической ситуации для страны будить меня в любое время суток, даже если я нахожусь на заседании правительства.
Новый год слетает с неба?
Или из лесу идёт?
Или из сугроба снега
К нам приходит новый год?
Он, наверно, жил снежинкой
На какой-нибудь звезде
Или прятался пушинкой
У Мороза в бороде?
Спать залез он в холодильник
Или к белочке в дупло...
Или в старенький будильник
Он забрался под стекло?
Но всегда бывает чудо:
На часах двенадцать бьёт...
И неведомо откуда
К нам приходит Новый год!