Но убийство — это уже слишком, даже для политиков.
Убийство и политика — это не всегда одно и то же.
Но убийство — это уже слишком, даже для политиков.
…никого не следует убивать ради достижения своей цели; к такому средству прибегают плохие политики...
— Ты убийца, — проговорил Мирослав, глядя на Левина.
Тот пожал плечами и ответил:
— Я политик.
— Этот парень прирождённый политик.
— Он убил 44 человека и более сотни покалечил.
— Правда?
— Точно.
— Он может быть мэром.
История Англии показывает мне, все равно как зеркало, все наше будущее. Всегда найдется какой-нибудь король, которому захочется расширить свои прерогативы, всегда мечты о депутатском кресле, слава и сотни тысяч франков, которые загребал Мирабо, будут мешать спать провинциальным богачам, и это у них называется — быть либералом и любить народ. Жажда попасть в пэры или в камер-юнкеры вечно будет подстегивать ультрароялистов. Всякий будет стремиться стать у руля на государственном корабле, ибо за это недурно платят. И неужели там так-таки никогда и не найдется скромного маленького местечка для обыкновенного путешественника?
— Мы не придумали никаких правил на этот случай. Если мы собираемся начать здесь новую жизнь, попробовать воссоздать общество — для этого нам нужно придумать правила.
— Ты убил? Ты умер. Проще некуда.
Да. Стоит ли портить личный кабинет нечистой кровью? Зарезали бы прямо в саду и прикопали бы где-нибудь под дикой вишней. Говорят, что если под деревом зарыть труп, то оно цвести красивее будет.
В обществе всегда должна существовать хотя бы одна нормальная партия, партия для нормальных людей.