I would stand in line for this
There's always room in life for this
I would stand in line for this
There's always room in life for this
Я оглядываю комнату. Вещи вокруг наводят на меня тоску. Они как будто демонстрируют мое жалкое существование: пишущая машинка — ленты нету; мольберт — нет холста; книжная полка — без книжек.
Я знаю... Для вас все это — старая рухлядь. Только эта рухлядь не всегда была такой старой. Я годами откладывал эти гроши, чтобы хоть что-нибудь купить... И как я радовался, всей душой радовался, когда мне это удавалось! А до того я ходил смотреть в витрине... Любовался, смотрел... Люди покупали, а я смотрел… Кусок моей жизни — это барахло. Может, вся моя жизнь — такое же барахло. Но это была моя жизнь.
Мне было нужно, чтобы кто-то подсказывал, как смотреть и куда — чтобы увидеть те вещи, которые есть, но их как бы и нет.
Я понял, что все вещи, которых я боялся и которые боялись меня, являются добрыми или злыми лишь в той мере, в какой они воздействуют на мой разум.
Круг моих интересов по форме напоминает запятую; ее хвостик — это тщетные попытки самоутверждения.
Встречавшиеся мне мужчины по-своему разбивали мне жизнь. Чего я хотела от них? Настоящей, взаимной любви. Чего хотели они — не трудно догадаться.
И хотя моя цель – понять, что такое любовь, и хотя я страдаю из-за тех, кому отдавала свое сердце, вижу ясно: те, кто трогают меня за душу, не могут воспламенить мою плоть, а те, кто прикасается к моей плоти, бессильны постичь мою душу.
Покупай что бы то ни было, только если оно тебе действительно необходимо. Вещи, которые просто хочется иметь — обычно хлам.