Маргарет Тэтчер

Другие цитаты по теме

Это мой лучший друг. Под этим я подразумеваю, что иногда мы с ним кряхтим и странно смотрим друг на друга.

Невозможно понять всех, если не прислушаться к каждому.

Мы безмолвно общались в повисшей тишине. Молчание, связывающее нас, заполняло собой все щели, все пустоты в наших душах.

У реальности как бы несколько слоев. Все зависит от того, в какой реальности ты и в какой — я.

Кто слышит только себя, однажды обнаруживает, что его никто не замечает. Говорить не о вас, а о себе — единственный интерес других общаться с вами.

— Чего это вы так сдружились?! Все-таки мы враги!

— Оставим эти условности! Пираты вольны делать все, что захотят!

Когда жизнь сталкивает и надолго удерживает вместе писателей, художников, ученых, философов, политиков, будь то в палате или в палатке, у операционной или у костра, не миновать разговора о творчестве, о смысле, о личности, о свободе и ответственности. Всякий раз разговор этот движется в странном каком-то русле сходящихся берегов: день ото дня сближаются и растут обрывы непонимания, все уже фарватер, все больше на нем коряг и мелей. Так и кажется, что где-то там, за ближайшими поворотами, все кончится тупиком — болотцем или тощим родничком житейского неторопливого быта. А потом долго еще не заживают раны и ссадины несостоявшегося разговора, ноют занозы щепок и колючек, которые и вытаскивать-то страшно, потому как без них и вообще ничего нет — пусто. Диалог глухих — так это принято называть. Но в действительно это выглядит еще хуже: глухие объясняются на пальцах, а здесь и пальцы не помогают, как если бы встретились на симпозиуме, шумят, веселятся, горюют глухие и слепые. И все же хочется надеяться, что тупика нет. Хочется верить, что за ближайшим поворотом не болото, а плес взаимопонимания. Только нужно вот вытянуть, выгрести, проскочить мели. Ведь дело-то не в том, что все мы в одной лодке, а в том, что есть в этой лодке нечто весьма более ценное и важное, чем любой из нас, чего нельзя утопить, бросить, пустить вниз по течению. Стоит попробовать понять друг друга, сегодня это просто необходимо.

Я всегда находил поцелуй чрезвычайно странной формой контакта между людьми. Насколько я знаю, это одно из тех нововведений, которые принесла с собой цивилизация – ведь известно, что дикари, живущие на южных островах, или жители Африки, ещё не переступившие ту грань, за которой изначально предназначенный человеку рай оказывается навсегда потерян, не целуются никогда. Их любовь проста и незамысловата; возможно, что и само слово «любовь» неприменимо к тому, что происходит между ними. Любовь, в сущности, возникает в одиночестве, когда рядом нет её объекта, и направлена она не столько на того или ту, кого любишь, сколько на выстроенный умом образ, слабо связанный с оригиналом.

Нет ни малейшего смысла быть жалкой мягкой субстанцией в кресле. Разве не так?

Логику, действия мне не понять твои, будто язык жестов в рукавицах.