Реки — слезы земли, а улыбки — цветы,
и грудные младенцы — поэты.
И, по-моему, там, где находишься ты,
бьется сердце огромной планеты.
Реки — слезы земли, а улыбки — цветы,
и грудные младенцы — поэты.
И, по-моему, там, где находишься ты,
бьется сердце огромной планеты.
— Ты ни разу мне не сказала «Я люблю тебя».
— Верно, не сказала.
— Почему?
— Разве Земля говорит: «Я верчусь»?
— Нет.
— Но она же вертится.
Все, кто живет на этой планете, обязаны любить. Это закон Земли. Здесь есть все: войны, разрушения, стихийные бедствия, ненависть, катастрофы. Но то, ради чего мы живем, дышим, стремимся чего-то достичь, живет в наших сердцах. Кем бы мы ни были и какую бы задачу ни выполняли. Это выше нашего понимания и неподвластно нашей воле. Эта планета создана для любви, и любовь здесь — такой же закон, как и всемирное тяготение. Настоящее чувство придет к каждому, и этому нельзя противиться. Так же, как нельзя пытаться остановить извержение вулкана.
Земля вертится, чтобы мы приближались друг к другу. Она вертит и кружит нас, пока мы не встретим человека своей мечты.
Изогнулся дугой вечер
В предвкушении той ночи,
Когда жалко дрожат плечи,
Когда хочется пить очень.
Это именно тот вечер,
Когда хочется быть нужным.
Ученый друг, изобрети лекарство,
изобрети лекарство от коварства,
чтоб сердце было чище во стократ,
чем самый белоснежный твой халат
Придумай панацею от обид,
чтоб долго не болело, где болит.
Создай настойку от непостоянства
и капли, капли горькие от хамства.
Ты будешь думать, что я жестока, самолюбива. Да, это верно, но таково уж свойство любви: чем она жарче, тем эгоистичнее. Ты не представляешь, до чего я ревнива. Ты полюбишь меня и пойдешь со мной до самой смерти. Можешь меня возненавидеть, но все-таки ты пойдешь со мной, и будешь ненавидеть и в смерти, и потом, за гробом.
Очень легко думать о любви. Очень трудно любить. Очень легко любить весь мир. Настоящая трудность в том, чтобы любить реальное человеческое существо.
Я хочу прикоснуться к тебе... Взять за руку и нежно, осторожно обнять... Но между нами препятствие, которое так просто не преодолеть.