Мой народ не понимает меня; о правительстве и вовсе умолчу.
По-настоящему великий народ может и сам себя уничтожить. Ну, почти, чтобы все-таки оставалось кому этим гордиться.
Мой народ не понимает меня; о правительстве и вовсе умолчу.
По-настоящему великий народ может и сам себя уничтожить. Ну, почти, чтобы все-таки оставалось кому этим гордиться.
Высшее «я» всегда абсолютно свободно. То, что субъективно переживается как несвобода, есть несвобода эго.