Чудовища, вида ужасного,
схватили ребёнка несчастного
и стали безжалостно бить его,
и стали душить и топить его.
В болото толкать комариное,
на кучу сажать муравьиную,
травить его злыми собаками,
кормить его тухлыми раками...
Чудовища, вида ужасного,
схватили ребёнка несчастного
и стали безжалостно бить его,
и стали душить и топить его.
В болото толкать комариное,
на кучу сажать муравьиную,
травить его злыми собаками,
кормить его тухлыми раками...
Пойдем туда, Сэм! Конечно, нам на пути встретятся кошмарные чудовища, но, как гласит старое японское хокку:
Если есть у тебя
большой пулемет
бояться нечего.
— Что пугает вас?
— Я не люблю длинные очереди в туалет после того, как выпью четыре стакана пива.
— Теперь я знаю, что такое страх! Мне кажется, я давно этому научился. У меня было такое же чувство, когда я тебя увидел.
— Спасибо, очень лестно.
— Я хочу сказать, когда я представил, что ты не ждешь меня, у меня возникло точно такое же чувство. Страх.
— Ты боялся потерять меня?
— Как ничего на свете.
– На что только не толкает людей страх перед старостью.
– Я что-то не понял, мослы будем накачивать или так и проходим всю смерть гремя костями?! Работай!
– Тебя, шалуна, все знают на пограничье, – улыбнулся маг. – Не в лицо, так по описанию. Помню, лет двадцать назад отменный был скандал, когда ты с тремя такими же оболтусами перец уворовал.
– Взаймы взял, – затосковал гном. – Мы же представились, попросили, все честь честью.
– Да ясно, что взаймы, – согласился маг. – Мне. А того мужичка, возницу, убедить было потруднее. Четыре гнома при секирах, ночью, на узкой тропочке просят маленькую плошку перца – то еще зрелище. – Маг мечтательно улыбнулся вновь. – У него пес и то заикался!
— Существуют системы подготовки, позволяющие овладеть приемами индивидуальной защиты.
— Зачем?
— Чтобы никого не бояться! Если будешь хорошо подготовленным, тебе никто не будет страшен!
— Я и так никого не боюсь!
— Это от наивности.
— Что они делают?
— Не знаю. Может, думают, может, писают.
— А ты что делаешь?
— Я тоже...
— Думает?
— Не думаю.