Безумие бодрит лучше, чем кофе.
Доброе утро начинается с кофе, свежей выпечки и испорченной женщины.
Безумие бодрит лучше, чем кофе.
В Нью-Йорке полно людей, которые бродят по улицам и разговаривают сами с собой. Если их спросить, что они делают, они скажут, что общаются с голосами, которых кроме них никто не слышит. Однажды утром, когда я учился в Нью-Йорке, я завтракал у стойки в польском кафе рядом с моей квартирой на углу Второй стрит и авеню B. Я только приступил к своей яичнице с польской колбасой, как вдруг сидевший рядом человек схватил меня за руку, пристально посмотрел мне в глаза и произнес: «Они взяли мозг Эйнштейна и пересадили его в мою голову».
«Серьезно? – отозвался я. – Тогда у меня к вам есть несколько вопросов». И я начал спрашивать, что он думает о квантовой механике и общей теории относительности. К сожалению, судя по его ответам, пересадка мозга прошла не слишком удачно.
Нет, серьезно, вы, девочки, — просто сбежавшие обитатели дурдома. Прошу, кстати, прощения у всех обитателей дурдома за это сравнение.
— Извини, что мы выпили твоего отца.
— Всё хорошо.
— Ты в порядке? Уверен?
— Да, его еще много осталось. Деррил сделал всего три чашки кофе, думаю, тут осталось еще восемь чашек моего отца.
— Здорово.
— По крайней мере, на вкус он был хорош.
— Неплохой.
— Да, крепкий.
— Он был с сильным ароматом. Ядреная смесь.
Ты говоришь, она часто мечется, тревожно озирается: разве это признаки спокойствия? Ты толкуешь, что она повредилась умом. Как ей было не повредиться, чёрт возьми, в её страшном одиночестве?
Весь день спорили, с чего начинается утро. Халк говорит, что с кофе, я — что с чая. Пришел Кот и сказал, что утро начинается с «У».