Северяне верят в то, что однажды мир будет уничтожен. Этот день они зовут Рагнарок, или день, когда свершится судьба богов. Сурт и другие огненные великаны нападут на Асгард, а чудовищный волк проглотит солнце. Напрасно боги будут биться со своими врагами. Невозможно предотвратить это, но Один постоянно ведёт поиски знаний и магии в надежде найти способ отсрочить ужасный день...
Северяне говорят, что защитника Муспелля именуют Сурт, главенствующий над огненными великанами. Его имя означает «чёрный», а зовут его так потому, что он похож на горящий уголь. Северяне верят в то, что он сидит на границе Муспелля с пылающим мечом. Когда придёт конец миру, он покинет свой пост и отправиться в Асгард и Мидгард. Он поведёт войну против всех богов и одержит победу, а потом сожжёт весь мир в огне.
Греческие Мойры, славянские Суженицы, скандинавские Норны, римские Парки — открой древнюю книгу любого народа и найдёшь их. Одна вытягивает из небытия нить человеческой жизни и крутит её, крутит. Другая наматывает нить на веретено судеб. Третья — режет, когда приходит время. Ножницы щёлкают, звезда падает. На месте, где погасла звезда, появится новая, чтобы однажды тоже упасть вслед за отрезанной нитью.
Северяне говорят, что когда придёт Рагнарок, дети Муспелля отправятся на битву на корабле, называемом Нагльфар, корабль мёртвых. И когда дети Муспелля покинут корабль и ринутся в битву, будет казаться, что разверзлось небо, и Сурт поведёт их. Куда бы он ни направился, перед ним будет вздыматься пламя, и позади него будет реветь огонь.
Нормальный человек не просыпается с мыслью о том, что сегодня последний день в его жизни. Но я считаю, что это роскошь, не проклятие. Знание, что смерть близка, даёт свободу.
Несмотря на то, что материал обычно привносится извне, все равно черпаешь все из себя: и хорошее, и плохое. Но определенную грань во взаимоотношениях с персонажами переходить нельзя. Бывает, что судьба за это мстит. Такие случаи известны.
Нам не дано знать планы нашей судьбы. Мы лишь можем делать то, что считаем нужным, а жизнь… Жизнь возможно просто играет с нами, путает нам пути и смотрит, как мы выберемся из её лабиринта.
— Ah! je t'ai bien compris, sauvage voyageur,
Et ton dernier regard m'est allé jusqu'au coeur!
Il disait : "Si tu peux, fais que ton âme arrive,
A force de rester studieuse et pensive,
Jusqu'à ce haut degré de stoïque fierté
Où, naissant dans les bois, j'ai tout d'abord monté.
Gémir, pleurer, prier est également lâche.
Fais énergiquement ta longue et lourde tâche
Dans la voie où le Sort a voulu t'appeler,
Puis après, comme moi, souffre et meurs sans parler."
— Зачем он это делает? Зачем он вселяет в них надежду?
— Только надежда даёт нам силу.
— Почему бы вам не смириться с судьбой? Я же смирился.
— А что тебе суждено?
— Умереть здесь. Такая уж судьба.
— Только для тех, кто отчаялся. Дело в нас, а не в судьбе.
Cлайд с цитатой