— Не слишком ли Вы себе позволяете, Харитон Игнатьевич? Чуть руку не вывихнули!
— Простите, Елизавета Антоновна, сам не знаю, как это вышло? Верите, сроду мухи не обидел!
— Ну про мух я уже слышала, с мухами Вы более деликатны, очевидно, на людей это не распространяется!
— Постой, постой! Я, наконец, требую полной ясности! Я хочу знать, какую роль мне отвели в этом грязном Декамероне!
— Валентин Николаевич, не устраивайте сцен и не раздувайте ноздри! В другое время это произвело бы на меня впечатление, но сейчас я тороплюсь.
— Посмотри на себя, Кузнецов, ты превратился в типичного обывателя, тебя не интересует ничто, кроме хоккея.
— Чего же ты от меня хочешь?
— Да пойми же ты наконец, что преступно так жить! Раньше мы хотя бы ссорились… А теперь в нашей жизни абсолютно ничего не происходит!..
— А что, собственно, должно, происходить?
— Не знаю... Что-нибудь. У всех же что-нибудь происходит! Пашка с Ириной подали на развод, у Гарика с Натальей сгорела дача, Борис сломал ногу, Светка похоронила бабушку. Ну люди же живут полнокровной жизнью!
— Если хочешь, можем кокнуть люстру. Я думаю, это нас освежит!
— Кузнецов! Кузнецов, уже одиннадцать!
— Не может быть! В чью пользу?!
— Одиннадцать часов!
— Ну а чё ж, Валюх? Я хоть на ипподром, хоть куда, но лично я пошёл бы в зал Чайковского!
— Куда бы ты пошёл бы?
— В зал Чайковского!
— Тянет?
— Ещё как!
— Ну что ж, Харитон, вообще-то, я против музыки ничего против не имею. Сам даже когда-то учился, играл на рояле, на школьных вечерах выступал. Какие-то свои любимые композиторы есть — Пахмутова, скажем там, Бабаджанян...
— Ну, Валюха, ты ж в Москве живёшь, везде бываешь, всё видишь, а я человек неизбалованный, мне бы Генделя послушать!
— Кого?
— Генделя! Георга Фридриха!
Конному всаднику. С лошадью следует обращаться как с женой: надо делать вид, что ты ей доверяешь.
В раннем пробуждении, особенно после того, как поздно лёг спать, есть определённая прелесть. Есть это офигенное чувство, что вроде только что глаза закрыл — опа, а уже вставать. После такого пробуждения ты ощущаешь себя Буратино — глазами хлопаешь, двигаешься рывками, в голове ветер свистит, виски деревянные и мысли коротенькие-коротенькие.
— Фиксирую впереди нас остатки мощной энергии. Я думаю, это ловушка.
— Эй, да что может случиться?
— Что такое, людишки? Нервы сдают? Я вас жду.
— Куда он всё время убегает? Мы его чем-то обидели?
— Паразиты! Сколько вас надо уничтожить, чтобы вы знали своё место?
Cлайд с цитатой