Говорят, русские — очень опасные, а этот вообще со всех сторон ненормальный.
— ***ать-колотить, держите меня крепче! Это что такое?
— Это мой ремень.
— Нет, Томми, у тебя пистолет в штанах. Что делает пистолет у тебя в штанах?
— Это для защиты.
— Для защиты от кого? От фашистов что ли? Ты не боишься отстрелить себе яйца, когда присядешь?
Томми знает, что, если через несколько минут Роскошный Джордж не придет в себя, то его — Томми — похоронят вместе с ним. Зачем цыганам кому-то обьяснять, почему и отчего в их таборе умер посторонний человек? Проще похоронить обоих и уехать на другое место. Номеров социального страхования у них ведь нет, так? И сейчас Томми, по кличке «Сиська», молится. А если не молится, то ему, ***ь, следовало бы этим заняться.
— Где, ты говоришь, вы его потеряли? Это ведь не какая-нибудь ****ная связка ключей от машины, а? И не потому потеряли, что он охерел до полной бессознательности, а?!
— Мы не отказываемся от боя.
— Могу поспорить на ваши яйца, что вы не отказываетесь!
— Так, мне нужен новый дом на колесах, и ты мне его купишь.
— Почему я?
— Ну, ты разбираешься в домах на колесах.
— С чего бы это?
— Ты провел в таком целое лето, а это значит, что ты понимаешь в них больше меня.
— Мы потеряли роскошного Джорджа.
— Где, ты говоришь, вы его потеряли? Это ведь не какая-нибудь ***аная связка ключей от машины, а?
Борис Бритва, или Борис-Хрен-Попадешь, резкий, как удар серпом по яйцам, и жесткий, как удар молотом. Живой советский герб. Говорят, эту сволочь вообще невозможно убить.
— Что там с сосисками, Чарли?
— Пять минут, Турецкий.
— Пять минут назад ты сказал, что будут готовы через две минуты.
— Что вы здесь делаете?
— Собаку выгуливаем, разве не видно?
— А что в машине?
— Сиденья и руль.
Cлайд с цитатой