Я понимаю, что это дурно, я предвижу слишком далеко вперед, чтобы подарить женщине счастье. Но ведь мы, великие люди, и не нуждаемся в счастье, верно? Дела — вот что нас волнует.
Великие люди гибли часто от рук бездельников.
Я понимаю, что это дурно, я предвижу слишком далеко вперед, чтобы подарить женщине счастье. Но ведь мы, великие люди, и не нуждаемся в счастье, верно? Дела — вот что нас волнует.
Наказанием лжеца оказывается не то, что ему больше никто не верит, а то, что он сам никому больше не может верить.
Мы ведь не скот, который надо откармливать, и, когда появляется один бедняк Паскаль, это несравненно важнее, чем рождение десятка благополучных ничтожеств.
Наибольшее удовольствие женщине доставляет ранить мужское самомнение, хотя наибольшее удовольствие мужчине доставляет удовлетворять самомнение женщины.
Революции никогда еще не облегчали бремя тирании, а лишь перекладывали его на другие плечи.