Ты ещё жив, но это пройдёт.
Сделай глубокий вдох и вперёд.
Ты ещё жив, но это пройдёт.
Наши чувства простерилизованы, дезинфицированы — проследил санитар.
Постепенно мы забываем, кто мы и ходим по кругу под звуки гитар,
Всё на местах, но урезана суть, удалена аккуратно из наших естеств.
Нам дали поесть и отдохнуть перед тем, как вводить ассорти ядовитых веществ.
Раньше были свободные, злые, голодные,
Раньше был кислород ничей.
А теперь наши души и органы
Отданы в руки садистов-врачей.
После того, как случилось всё, о чём я жалела горько,
Моё сердце снова забилось и не покрылось коркой,
Несмотря ни на что, оно снова поёт!
Просто я не уверена, может ли петь твоё...
У такой живой, неудобной, изменчивой и непослушной,
На страсть и ярость способной, не выходит быть равнодушной.
И пусть ещё много пробелов, ошибок, сбоев, запретов, -
Я конкурирую смело с армией мёртвых предметов!
Не надо мне давать надежд.
Я сам возьму, я так уж делал.
Теперь в душе большая брешь.
Болит моё в бинтах всё тело.
Когти могут впиться в ногу,
Но нога, поверь, не сердце,
Кошки так не ранят,
Как людишки иногда.