— А у вас что, сержант?
— Не знаю, не за что зацепиться.
— Есть какие-нибудь теории?
— Е равняется МЦ в квадрате.
— А есть что-нибудь своё?
— Нет.
— А у вас что, сержант?
— Не знаю, не за что зацепиться.
— Есть какие-нибудь теории?
— Е равняется МЦ в квадрате.
— А есть что-нибудь своё?
— Нет.
— Всего через несколько минут, мисс Йорк, вы будете умолять меня о пощаде!
— Зачем же? Я не буду ждать, я умоляю уже сейчас!
— Со сколькими мужчинами вы спали?
— Пять... может, шесть.
— Не слишком-то много для вашего возраста в наше время!
— Да, скучная выдалась неделька.
— Кольт, куда ты?
— Да никуда... Это просто очередная немотивированная прогулка с голой жопой при лунном свете, которую так любят кинорежиссеры.
— Quid pro quo, мистер Кольт.
— Что это значит?
— Это значит, что я люблю повыпендриваться.
— Морторс когда-то был моим больным. Я ему сказал, чтобы он не замыкал свой гнев в себе, выражал его свободно.
— Я вижу, вы его хорошо научили.
— Да. После нашего последнего сеанса психотерапии он развязал вьетнамскую войну.
Другая книга рассказывала о морских сражениях последней большой войны с викингами. Я часами рассматривала рисунки кораблей, разбиралась, как называется какой парус или веревка, пыталась понять, как стреляет оружие — что-то внутри отзывалось, когда я читала про кровавые битвы, летящие по небу облака стрел и горящие на воде обломки кораблей. Тин мне не мешала до тех пор, пока однажды я не сообщила, что к нашему забору пришвартована чья-то чужая коза.
Было бы грубо, было бы негуманно рубить голову бедному безумцу. Против казни я протестую, но маленькую медицинскую операцию над головой бедняги необходимо произвести немедленно. Медицинская операция не омрачит праздника.
Наш уважаемый доктор, как известно, терапевт, а не хирург. Поэтому в данном случае, чтобы ампутировать больной орган, я советую воспользоваться услугами господина королевского палача.
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»