Экхарт Толле. Тишина говорит

Воздух, которым ты дышишь, — это природа, так же как и сам процесс дыхания. Перенеси внимание на свое дыхание и осознай, что ты не совершаешь его. Это дыхание природы. Если бы тебе пришлось помнить о том, что ты должен дышать, ты бы скоро умер, и если бы ты попытался остановить свое дыхание, то природа одержала бы победу. Начиная осознавать свое дыхание и удерживая на нем свое внимание, ты самым интимным и наиболее сильным образом воссоединяешься с природой. Это действие является исцеляющим и глубоко вдохновляющим. Оно вызывает в твоем сознании сдвиг от концептуального мира мыслей к внутреннему царству безусловного сознания.

0.00

Другие цитаты по теме

Когда ты живешь через эго, то всегда низводишь настоящий момент до уровня цели и средства. Тогда ты живешь ради будущего, и когда достигаешь своих целей, они тебя уже не устраивают, во всяком случае, надолго.

Когда ты больше внимания уделяешь тому, что делаешь, чем тому, чего хочешь этим достичь, ты ломаешь старую эгоистическую обусловленность.

Тогда то, что ты делаешь, становится не только несоизмеримо эффективней, но и дает тебе бесконечно больше возможностей для самовыражения и радости.

В природе всё существует не просто в полном единстве с самим собой, всё пребывает в полном единстве со всем остальным. Никто не вычленяет себя из целостной структуры, претендуя на обособленное существование типа «я» и вся остальная вселенная.

Созерцание природы может освободить тебя от этого «я», главного создателя неприятностей.

Природа способна привести тебя к тишине и спокойствию. Это ее дар тебе. Когда ты воспринимаешь природу и соединяешься с ней в этом поле тишины, то твоя осознанность начинает пронизывать это поле. Это твой дар природе.

Резкие лесные запахи щекотали горло. Я и раньше бывала на таких холмах и дышала теми же весенними запахами, но тогда они смешивались с вонью выхлопных газов, доносившейся с дороги, а щебет птиц заглушался голосами туристов. Когда я в последний раз подымалась по такой вот тропе, земля была усеяна обертками от сэндвичей и пустыми пачками из-под сигарет, а не распускающимися бутонами мальвы и цветами фиалок. Обертки от сэндвичей казались достаточно умеренной платой за такие блага цивилизации, как, предположим, антибиотики и телефон, однако нынче я испытывала благодарность к фиалкам. Я очень нуждалась в мире и покое, и здесь я их чувствовала.

Наверное, так сама Божественная Природа разрушает нас и губит, не питая к нам никакого зла. Мы, глупцы, зовем это гневом богов, но это так же смешно, как утверждать, что ревущие речные пороги … поглощают упавшую в воду муху, потому что хотят погубить ее.

— Ты воинственная, но странная.

— Я наслаждаюсь.

— Чем?

— Я люблю природу.

— Природу? Но ты смотришь на меня!

— Да? Все мы дети природы!

Как хорошо в нашей России уже то, что четыре времени года в ней четыре самозамкнутые царства, каждое от другого отделенное и само в себе цельное. Есть счастливые страны, там, в Тихом океане, где только два времени года, весна и лето, и вся разность между ними в колебании температуры на два или на три градуса. Действительно ли это самые счастливые, совершенные страны? Вряд ли. Там не знают, что такое белый цвет и беспредельная тишь лесов и полей, завороженных снегом и льдом. И там нет ожидания весны, потому что она всегда, нет святыни томленья о ней и первой радости потеплевшего предвесеннего ветерка, нашептывающего о таинстве воскресения, о счастье необманного свидания.

Есть Юг, где перепутаны все времена года, все, там их только три, и только лето правдиво сполна, а зима поддельная, и осень без красоты, весна же там только призрак, длящийся краткую малость, и вот уже сон сожжен. А наша весна как медленная симфония, которая, зачинаясь неуверенными прерывными звуками, развивает все богатство напевов и расцветов, доводит красочно-певучую восторженность до ликующего опьянения, до забвеннейших мгновений, когда все птицы поют, все луга и леса в цвету и в любовных шепотах, все сердца радуются своей тайне, которую сладко отдать избранному сердцу в святости Пасхального поцелуя или в пронзенном сближенье языческого радения.

Не потому ли, что ребенок, еще не родившись, познает через мать такое богатство отъединенных царств, художественно законченную смену времен года, в нашей великой стране возникли такие писатели, равных которым нет на Земле, возникли поэты, которым дарованы сладчайшие и звучнейшие песни, возникли миллионы душ, которые умеют любить не только легкое удовольствие радости и счастья, но и великий искусительный восторг боли и страдания, восторг добровольной жертвы, который приводит к грозе и к радуге.

Насильственная мораль – это вызов силам природы.

Жизнь природы и человеческий дух слиты неразделимо.

Помни всегда, что самое трудное в жизни — это сам человек, потому что он вышел из дикой природы не предназначенным к той жизни, какую он должен вести по силе своей мысли и благородству чувств.