— И у нас достаточно оружия. [из режима невидимости выходит парящий самолёт] Это — только верхушка айсберга.
— ...
[в гарнитуру]
— Уходим, пока у «айсберга» не кончилось топливо.
– Она ведёт себя так, словно всё будет как прежде.
– Такая уж она. Она знает, что её поместили в каталог?
– Да. Похоже, она и правда контролирует способности.
– Хорошо, но мы почти не понимаем их, только что они мощные.
– Катастрофически.
– Как Вы узнали, что парень в капюшоне будет в здании?
– Небось сама взорвала дом, чтобы выманить его.
– А может Вы?
– Это не наш стиль.
– Меня только что похитили – вот ваш стиль.
– Слышал про парня, который боялся летать?
– Я совершал ночной прыжок под шквальным огнём, сэр. Я справлюсь.
– Это была... шутка. Её первая часть. Теперь не расскажу.
— Могли бы и предупредить, что подмога — это смертоносный киборг.
— Честно говоря, я хотел увидеть твое лицо, когда он появится. Бесценно.
Мир полон зла, лжи, боли и смерти, и от них не спрятаться – можно лишь смотреть правде в глаза. Вопрос в том, когда это случится, как ты отреагируешь? Кем ты станешь?
– Щ. И. Т. скрывал от нас «Нью-Мексика», проект «Пегас», и вы молчали про «Сороконожку».
– Сороконожку?
– Подумать только. Вы не знаете, что это. В вашем распоряжении оборудование на миллиард долларов, а я обставила вас с ноутбуком, который выиграла в споре?
Они герои не потому, что у них есть что-то, чего нет у нас, а из-за того, как они используют свои способности.
— Я дал тебе второй шанс, набирая эту команду.
— Я набрала эту команду...
— Что?
— Я оценила, что будет нужно и передала эту оценку Фьюри, а он дал тебе эти параметры для твоей группы...
— И что же нужно, Мэй?
— Врач, чтобы подлатать твое тело; техник, чтобы перепрограммировать мозг и оперативник, который помог бы тебя устранить, если понадобится, но я не ради Фьюри это сделала, а ради тебя, чтобы защитить, я... ты мне очень дорог, очень...
Cлайд с цитатой